15 января опросом секретарей ЦК ВКП(б) было принято решение, оформленное далее надлежащим образом, о снятии семи зиновьевцев с ответственных военно-политических должностей (в РВС Ленинградского военного округа и РВС Балтийского флота) и замене их лояльными, проверенными кадрами. В числе прочих отметим освобождение от занимаемой должности члена РВС ЛВО и «демобилизацию» И.П. Бакаева[681]. Когда-то, в далеком 1918 году, Бакаева по недоразумению предложил расстрелять Троцкий. Тогда его не удалось даже снять с должности. Теперь, в 1926 г., Бакаева без проблем «демобилизовали» Сталин со товарищи.
16 января 1926 г. С.М. Киров написал Г.К. Орджоникидзе: «Уже почти две недели, как я подвизаюсь в своей новой и очень трудной роли. Дело обстоит так: Выборгский р[айон], Петроградский, Городской, Володарский – сплошь с нами. Осталось несколько маленьких заводов. М[осковско] – Н[арвский] – в большинстве наш. Путилов[ский] – пока нет. Здесь все приходится брать с боя. И какие бои! Вчера были на Треугольнике, коллектив – 2200 чел[овек]. Драка была невероятная. Характер собрания такой, какого я с октябрьских дней не только не видел, но даже не представлял, что может быть такое собрание членов Партии. Временами в отдельных частях собрания дело доходило до настоящего мордобоя! Говорю, не преувеличивая. Словом, я попал в обстановочку. В других районах перелом большой. На днях удастся в трех районах произвести перевыборы бюро райкомов и избрать наших организаторов. Словом, кто любит скандалы, пожалуйте сюда. Собрания изводят. Две недели говорим, и все одно и то же. Каждый день на собрании, голова идет кругом»[682]. Судя по всему, Г.К. Орджоникидзе сообщил о настроениях С.М. Кирова И.В. Сталину, однако тот, не имея ни малейшего желания перерешать вопрос, телеграфировал 1 февраля Серго: «О Кирове поговорим по приезде его на Пленум ЦК в марте»[683].
18 января Президиум ЦКК утвердил предложение Комиссии ЦКК по делу Д.А. Саркиса:
«Саркис Даниэлян Антонович, г.р. 1898, член ВКП(б) (РСДРП. –
Обвиняется: в участии в группировке, образовавшейся в верхушке Ленинградск[ой] организации, имеющей целью – до XIVсъезда подорвать авторитет ЦК партии и организовать борьбу против ЦК, а после XIVсъезда затруднить проведение в жизнь принятых съездом решений – для чего т. Саркис, пользуясь положением ответорганизатора района: а) всячески содействовал распространению влияния своей группы на партийную массу и соответственно организовал подготовку к [XXII] губернской партийной конференции и XIV партсъезду; б) в своих выступлениях в резкой форме противопоставлял линии ЦК партии взгляды своей группы, извращая и окорачивая суждения ответственных представителей ЦК ВКП(б), стремясь этим подорвать авторитет ЦК; в) вопреки заявлениям о подчинении решениям XIV съезда, всячески противодействовал правильному разъяснению и проведению в жизнь решений съезда, стремясь рядом организационных мероприятий закрепить влияние своей группы на партийную массу; г) активно участвовал в преследованиях и травле товарищей, стоящих на платформе решений XIV съезда, и поощрял сотрудников, практикующих эти преследования в Московско-Нарвском районе, возводя через них гонения на сторонников съезда в систему»[684]. Обвинения были признаны доказанными – Саркис получил строгий выговор, был снят с работы в Ленинградской парторганизации и откомандирован «в распоряжение ЦК ВКП(б)»[685]. Как водится, решение было утверждено Секретариатом, который 22 января постановил «согласиться с постановлением Президиума ЦКК по делу…»[686] 8 февраля Оргбюро рассмотрело заявление Саркиса, просившегося на работу в Коммунистическую академию. Как и следовало ожидать, «узкий состав» ЦК, опасаясь растления молодых большевиков еретиком-ленинградцем, просьбу отклонил, удовлетворив «просьбу т. Микояна об откомандировании т. Саркиса в распоряжение Севкавкрайкома»[687].
27 января 1926 г. Секретариат ЦК ВКП(б) рассмотрел важный для судьбы Зиновьева со товарищи вопрос: «Постановление Секретариата ЛК, утвержденное Севзапбюро ЦК, о созыве Ленинградской губпартконференции, а также уездных и районных партконференций в Ленинградской губернии»[688]. Сперва Секретариат ЦК утвердил постановление меньшинства Бюро ЛК и меньшинства Пленума Ленинградского губкома о созыве районных, уездных и XXIII губернской конференций Ленинградской организации ВКП(б) для обсуждения вопроса об итогах XIV съезда[689]. Однако 1 февраля Секретариат ЦК пошел на дальнейшее «обострение классовой борьбы», приняв постановление для его последующего внесения «на утверждение Бюро ЛК и Пленума губкома»[690].
Приложение к документу – «Проект постановления Пленума губкома» – не оставляло от зиновьевцев камня на камне:
