«Ну вот, теперь можно и в госпиталь, тащи», – тоном человека, закончившего неотложную работу, распорядился Попов.
Было много случаев, когда отвага и находчивость позволяли нашим бойцам разить врага его же оружием. Так, солдат Горбачев, бывший артиллерист, находившийся в составе отделения, неожиданно захватившего артиллерийскую позицию противника, произвел по отступающим фашистам 24 выстрела из их собственной пушки.
Нельзя забыть о подвиге санитарки Натальи Кочуевской (секретаря комсомольского бюро санитарного батальона). Она находилась вместе со стрелковой ротой, ведшей бой. Рота упорно продвигалась вперед; за одним опорным пунктом она брала другой, третий. Сраженные вражеской пулей, падали солдаты. Часто слышалось: «Помоги, сестрица!» После 12‑часового боя набралось уже 20 раненых воинов. Всех их вместе с оружием вынесла с поля боя хрупкая на вид девятнадцатилетняя девушка. «Сопровождайте раненых в госпиталь», – распорядился командир. По пути в медсанбат комсомолка заметила группу гитлеровских автоматчиков, оставшихся в нашем тылу. Наташа перенесла всех раненых из повозки в блиндаж, а сама, вооружившись винтовкой и гранатами, укрылась рядом. Враги окружили блиндаж. Меткими выстрелами девушка убила двух гитлеровцев, но и сама была смертельно ранена; собрав последние силы, она вставила запалы в несколько гранат и подорвала их в тот момент, когда добрый десяток фашистов подошли к ней вплотную; враги были или убиты, или ранены. Погибла и комсомолка Наталья Кочуевская. Раненых же доставили в госпиталь подоспевшие солдаты соседней роты.
Приведем здесь и примеры героизма воинов Юго-Западного фронта. Отважно и мужественно действовал командир роты лейтенант Бражников (373‑го гвардейского стрелкового полка 47‑й гвардейской стрелковой дивизии 5‑й танковой армии) в бою за хутор Большой. 19 ноября 1942 года он, будучи раненным, возглавил атаку роты против упорно сопротивлявшегося врага. По роте был открыт сильный огонь, и она начала отходить. Бражников в бессознательном состоянии остался на поле боя; очнувшись через несколько минут, он поднялся, призвав воинов своей роты к безостановочному наступлению на врага: «За Родину, вперед!» Солдаты, воодушевленные своим командиром, смело ринулись на врага и захватили хутор.
Командир роты 622‑го стрелкового полка коммунист Авентисов во время прорыва вражеской обороны в трудную минуту появился среди наступавших бойцов и повел свою роту на штурм. Прорвав вражескую оборону, его рота уничтожила до 50 гитлеровцев, 2 противотанковых орудия и захватила до 12 пулеметов.
Храбро дрались танкисты 8‑й гвардейской танковой бригады. Рота танков KB под командованием старшего лейтенанта Сабонкина 20 ноября очистила южную часть хутора Блиновский и, посадив на машины десант автоматчиков, смелой атакой подавила батарею врага в хуторе Карасево, захватив два немецких танка.
Приведенные примеры говорят о том, что наше наступление под Сталинградом не было, как это иногда описывается, триумфальным шествием наших войск. Отходивший враг оказывал упорное сопротивление. Прикрываясь обычно сильными частями, ведшими подвижные бои с нашими ударными группами, противник всячески стремился задержать наше движение. То на одном, то на другом рубеже гитлеровцы предпринимали ожесточенные контратаки пехотными группировками, поддержанными танками. Лишь после очередного мощного удара наших войск противник начинал откатываться дальше.
В первые дни наступления мне пришлось часто бывать в войсках, ездить по полям наших побед. Припорошенная снегом волжская степь имела необычный вид. Всюду следы жарких боев, сокрушительных ударов, нанесенных то здесь, то там советскими войсками по врагу. Вот на скате высоты огневые позиции артиллерии: крупнокалиберные пушки повернуты жерлами на восток; рядом несколько повозок, груженных ящиками с боеприпасами, которые не успели разгрузить; враг, застигнутый врасплох, оставил вокруг позиции множество трупов, выделяющихся серыми точками на снегу. Волжские степные просторы стали огромным кладбищем для гитлеровцев и их приспешников, стали свалками разгромленной и уничтоженной фашистской техники. По пути встречались остовы сгоревших немецких танков, подбитые машины, обозы с каким-то имуществом. Сотни трупов лошадей. Возле некоторых лежат и поверженные всадники; по степи еще носятся оседланные кони румынских кавалерийских частей.
…Небольшая железнодорожная станция. На ней длинной вереницей выстроились товарные вагоны, по-видимому, с грузами, брошенными врагом. На следующей станции, расположенной к востоку, уже приступили к работе трофейные команды; они собрали и стянули в одно место свыше 2000 автомашин, сотни пушек, целые горы боеприпасов и стрелкового оружия.
На обратном пути навстречу бесконечной вереницей тянутся колонны пленных, идущих на восток.
