Сидорович всё же сдержал обещание, заварив мне крепкого душистого чаю, подвинув ближе целую банку с клубничным вареньем. И от него явственно тянуло смущением и даже лёгкой виной.
— Я знал — ты подберёшь для него правильные слова… — Сидорович отхлебнул из парящей кипятком чашки маленький глоток и поставил её на стол. — Сам посуди — сколько глупых новичков ранней весной рванёт сюда с горящими алчностью глазами. Они поймут лишь то, что здесь для них мёдом намазано. А благодаря твоим словам, кое-кто, возможно, призадумается, прежде чем влезать в первую же аномалию за копеечным 'каменным цветком', - заключил тот, снова поднося чашку ко рту. — Ты про варение не забывай — специально для тебя выпросил банку, — он хитро улыбнулся мне.
Зачерпнув варенье вместе с крупной ягодой, отправил его в рот, зажмурившись от удовольствия. Наверное, такое вкусное варенье я пробовал только в детстве. Его варила моя бабушка из росшей у неё на огороде клубники. И вот теперь я снова вкушаю кулинарный шедевр, быстро вытесняющий из моей головы всю злость и раздражение.
— И всё же мог бы на кого другого его натравить… — заметил я уже без особого нажима.
— А на кого? — Сидорович картинно пожал плечами. — Оглянись вокруг и посмотри на эту толпу стоящих вокруг нас сталкеров, — громко хохотнул он, потянувшись своей большой ложкой к моей банке. — Не в центр же его посылать? Он после такого понапишет — хрен расхлебаем.
— А вообще, откуда его хоть принесло? — Поинтересовался я, — вытаскивая из банки очередную сахарную ягоду.
— Ты совсем здесь одичал… — хмыкнул хитрый торгаш. — Телевизора не смотришь, в интернет не лазаешь. И не знаешь, что нас почтила вниманием весьма известная личность. Теперь твою рожу по телевизору на центральных каналах покажут. Станешь знаменитостью, — он опять хохотнул, заметив мою скривившуюся рожу.
— Уж удружил, так удружил спасибо тебе огромное… — я покачал головой, но хорошенько разозлиться помешала следующая ложка вкусного варенья, закинутая в рот и запитая горячим чаем.
— Не благодари сейчас — позже сам всё поймёшь и оценишь, — заметил Сидорович резко посерьёзневшим голосом. — Просто так было нужно, — добавил он, снова покушаясь на моё угощение.
На пару мы быстро опустошили банку варенья, в качестве компенсации я вытряс из него ещё парочку и потребовал ещё чего-либо такого же вкусного.
— Чернобыльского медку не желаешь отведать? — Ухмыльнулся хитрый торгаш. — И пусть он радиоактивный, зато крепко торкает, — тот громко рассмеялся, оценив ответную реакцию на свои слова.
Через неделю Сидорович прислал мне запись большой телевизионной передачи о Зоне, куда вставили и моё интервью. В ней Зона представлялась ужасным местом, где нет места нормальному человеку. Смертоносные аномалии, монстры и мутанты, а также люди, мало отличающиеся от этих монстров. Они готовы убить буквально за косой взгляд в их сторону. И очень сложно встретить здесь сохранившего совесть и остатки человеческого достоинства сталкера. Моё интервью было безжалостно покромсано, чтобы у зрителя сложилось совершенно определённое впечатление. Брутальный убийца с холодными глазами — вот кого они должны были увидеть перед собой. И, естественно, разговор о 'формуле успеха' был безжалостно выкинут.
К слову — та передача мне даже понравилась. Журналист определённо выполнял чей-то заказ, отваживая всех любопытствующих от Зоны подальше. Пусть они и дальше живут спокойной мирной жизнью, обходя вниманием это страшное место. Жаль, всех отвадить вряд ли удастся, весной ожидается очередной наплыв новичков. Сколько из них доживёт до закрытия следующего сезона? Дай Зона процентов десять.
Последующие за тем интервью дни я посвятил изучению информации на предмет обработки добытого мною 'сверхпроводника', изготовления из него гибкой проволоки, что оказалось весьма непростым делом, и ещё коммутационных элементов. Аналоги транзисторов и других электронных компонентов. Естественно, Зона открывала и тут невероятные возможности. У меня просто дух захватывал, когда я читал описания техник получения и характеристик готовой продукции. Оставалось лишь кусать губы и надеяться на скорое будущее. Ибо для тех 'транзисторов' требовались особые аномальные материалы, которые у меня пока отсутствовали. Добуду сам или выменяю на следующей ярмарке.
Всякие переживания на отвлечённые темы хорошо гасились погружением в интересную работу. Идея сделать гаусс-пушку приходила здесь в голову многим, и с примерной технической реализацией в общих чертах уже практически разобрались. Чтобы повторить известные конструкции, мне требовались кое-какие артефакты — в первую очередь обычная 'плёнка', шедшая в качестве изолятора витков обмотки ускорителя, 'металл' на ствол и элементы подачи снарядов, 'огненный кристалл' для создания ключевых элементов системы управления и кое-что другое.
