— Совершенно верно, дитя моё, — похвалила осведомлённость дочери Соланж. — И, представь себе, несколько лет назад разразился ужасный скандал: этот виднейший из аристократов разорвал помолвку со своей наречённой, девушкой из семьи под стать его собственной. И все, как оказалось, из-за любви к женщине, которая носит клеймо, как и твоя родительница. Жениться на своей пассии Ревийон, разумеется, не смог: такие браки запрещены законом, и даже его влияния не хватило на то, чтобы уломать короля Адальберга. Но в остальном эта особа, её зовут Тасталай, живёт так, будто она и вправду герцогиня. Весь свет был вынужден смириться с её присутствием, и я бы даже сказала, люди постепенно свыклись с этим. Справедливости ради, ни в красоте, ни в манерах, ни в иных талантах возлюбленной Ревийона Динкеллада не откажешь. Когда начнётся сезон, ты наверняка увидишь её своими глазами и сможешь сама оценить, чего иной раз способна добиться женщина, несмотря на столь низкое происхождение.
— Какая чудесная история, мне и вправду любопытно было бы познакомиться с этой дамой, — заявила девушка.
— Я непременно представлю вас, милая, как только выпадет удобный случай. Госпожа Тасталай устраивает просто великолепные приёмы, и было бы большой удачей тебе получить приглашение на один из них.
Эти слова напомнили Юнис о том, что скоро лето закончится, а вместе с ним и её детство, и придёт пора вступать во взрослую жизнь. Грядущий сезон, вероятно, станет решающим для её будущности. Ах, посмотреть бы хоть одним глазком, что уготовила ей судьба!
Тем временем приближалась осень. Несмотря на траур по покойному мужу, Соланж Пиллар вознамерилась во что бы то ни стало сделать дебютный сезон Юнис триумфальным. Девушка, конечно же, не могла похвастать ни титулом, ведь официально наследницей графа она не считалась, ни — что уж скрывать — особой красотой, но зато ей было положено достойное приданое, да и благосклонность семейства Пиллар не следовало сбрасывать со счетов. Перед началом сезона графиня Соланж вела весьма активную переписку. Юнис без конца выслушивала от неё поступающие сведения о том, на кого именно из перспективных кавалеров следует обратить внимание. И, положа руку на сердце, должна была признать, что эти разговоры нимало её не занимают. Разумеется, она непременно когда-нибудь выйдет замуж, иначе и быть не может, но прямо сейчас мысль связать свою жизнь с каким-то чужим человеком казалась до крайности странной и нелепой. Юнис пока ещё было неведомо чувство влюблённости. Нет, лет в тринадцать, будучи ещё совсем ребёнком, она испытала нечто подобное по отношению к молодому офицеру — другу или, скорее, протеже её отца. Но это чувство, во-первых, осталось тайной для всех окружающих, а во-вторых, стремительно истаяло, стоило молодому человеку покинуть поместье Пилларов. С тех пор отношения с противоположным полом, казалось, не слишком интересовали графскую воспитанницу. Юнис, однако, не хотелось огорчать матушку, которая была к ней добра и наилучшим образом пыталась устроить её судьбу, посему девушка безропотно делала всё, что от неё требовалось для подготовки к сезону.
Ранней осенью, перед самым отъездом в столицу, выяснилось, что на сей раз семейство отправится в город кружным путём, чтобы по дороге заглянуть в гости к старым друзьям.
— Юнис, по пути в Элатею мы остановимся на несколько дней у барона Эйвена с семьёй. Помнишь, мы как-то у них гостили? — сообщила графиня Соланж
— Как же, матушка, помню, — честно порывшись в памяти, отозвалась Юнис. — У них ещё дочь жуткая плакса. Мы, было, собрались поиграть, но она укололась о розовый куст и полдня проревела.
— Но это было пять лет назад, милая. Сейчас Ания — очаровательная девушка, она лишь немного тебя младше, и ей тоже предстоит первый сезон. Уверена, вам будет, о чём поболтать. А её брат — Реневар, его ты тоже должна помнить, в этом году заканчивает университет. Кстати, на сей раз Эйвены собираются устроить небольшой приём в честь нашего приезда, ты сможешь веселиться и танцевать сколько тебе захочется.
— Но матушка, я не очень-то хочу танцевать и развлекаться, когда прошло так мало времени с тех пор, как… — Юнис не договорила, голос её дрогнул.
— Ну что ты, милая, я уверена, твой отец был бы совсем не против. Больше всего на свете он желал видеть тебя счастливой.
— Только вот как мне быть счастливой без него? — всхлипнула Юнис.
Её приёмная мать не нашлась, что сказать и лишь порывисто обняла девушку.
***
