Тревогу подняли, когда они отдалились от корабля на пару сотен километров: либо нашли оглушенных солдат, либо поняли, что генерал направляется куда-то не туда. Почти сразу с этим в их сторону рванул почти полный десяток боевых машин. Но орудия пока не стреляли, и это радовало: возможно, на станции сначала хотели разобраться, куда это вдруг рванул генерал, либо хотели заставить судно вернуться на базу. Истребители сопровождали их в течение нескольких минут, держась на отдалении: они, конечно, не смогли бы за это время догнать офицерское судно, но расстояние сократили бы значительно.
– Приказываю не стрелять! Повторяю, огонь не открывать! – твердил генерал по установленному каналу связи со штабом на корабле-носителе.
Его пришлось задействовать: слишком уж подозрительно вели себя преследователи, а так был шанс, что они не станут бить по немалому чину в их компании. Едва только поняв, что требуется помощь, генерал попытался выторговать себе какие-то условия или привилегии, Элан не особо вслушивался в его слова. Объяснив едва ли не в двух словах, что, если по кораблю начнут стрелять, так как они, несмотря на скорость, все еще в зоне досягаемости орудий, то конец придет всем сразу. Если же генерал сделает так, что огонь открыт не будет, то, достигнув точки, до которой корабельные орудия дотянуться не смогут, его отпустят: на судне имеется спасательная капсула, которой он сможет воспользоваться. Объяснив вышедшему на связь офицеру произошедшее с ним, генерал потребовал вернуть по-прежнему сопровождавшие их на отдалении истребители на носитель. И заодно приготовить скоростной катер для его эвакуации – бултыхаться в открытом космосе долгое время в тесной капсуле ему не хотелось. Отдав приказы, генерал повернулся к Элану, чье лидерство приняли все остальные. Принялись ждать – не верилось, что все закончится так просто и так легко. Но… истребители вернулись на корабль, их судно практически достигло отметки, за которой орудия корабля уже не могли их достать. Генерала отвели в спасательный отсек и уложили в капсулу: Бел привык держать свои слова, к тому же, они и сами не знали, куда направятся, не таскать же того с собой повсюду?
– Фиксирую залп! – заорал кто-то из подчиненных, взявшийся за управление угнанным судном, едва только отстрелили капсулу с генералом. Но зачем стрелять? Ведь находящиеся на носителе офицеры не могли не понимать, что в любом случае заденут капсулу! – Внимание, максимальное ускорение!
Резкая перегрузка навалилась на людей, вдавливая в пол, в кресла – катер на максимальном ускорении рвался вперед, пытаясь выйти из-под удара корабельных орудий. И это им почти удалось – почти потому, что орудия били не прицельно, а по площади. Их зацепило близким разрывом – катер несколько раз швырнуло из стороны в сторону, опустевший отсек с аварийными капсулами смяло, перекорежило, но автоматика успела заблокировать его прежде, чем через брешь в обшивке вышло много воздуха. Серьезных травм удалось избежать… дрейфующий неподалеку истребитель, пилот которого не отвечал на вызовы, вдруг выровнялся, покачал крыльями и пристроился рядом с катером. Второй истребитель, попав едва ли не в эпицентр взрывов и, не успев ни среагировать на залп, ни выйти из-под удара, перестал существовать… Как, впрочем, и капсула с генералом. И Элан представлял, что огонь по ним, практически вышедшим из зоны поражения, был открыт не просто так – для этого можно было использовать орудия намного ранее, когда еще можно было бить прицельнее…
Погони за ними не было. По крайней мере, приборы не фиксировали присутствия никаких кораблей поблизости. Скорее всего, удар нанесли больше по генералу, нежели по ним – его противникам представилась отличная возможность освободить должность, чтобы посадить на нее своего, к тому же ответственность за его убийство целиком и полностью лежала на взбунтовавшихся штурмовиках-ренегатах…
Спустя сутки после их бегства с планеты, а затем и с корабля-носителя, они все еще продолжали путь. Не имея никакой конечной точки назначения, просто уходили подальше, насколько это было позволял сделать поврежденный катер. Точное местоположение становить не удалось – система навигации получив повреждения, вышла из строя, и теперь о том, где они находятся, беглецы имели лишь примерное представление. Почти все из них умели управлять космолетами, и потому несли посменные дежурства за пилота. Остальные отдыхали, расположившись на разломанных сиденьях, превратив те в подобие лежаков.
– Внимание! Фиксирую магнитные возмущения! – доложил занявший место пилота наемник. – Не пойму…
Элан поднялся, подошел к нему, взглянул на показания приборов. Он все понял почти сразу…
– Внимание, тревога! – сумел-таки идентифицировать опасность наемник.
– Отбой тревоги! – оборвал его Элан. – Передавай на всех частотах: мы сдаемся…
