— Кажется, добрались!
Егоров тоже выглянул в окно: внизу раскинулось море труб. Сложно стянутые в пакеты и хитро сплетенные между собой, они не оставляли непосвященному никаких шансов понять назначение всего этого. Рыжий пошарил рукой за окном и радостно сообщил:
— Она здесь! — вытащил деревянную лестницу с крючьями на концах и предложил — давай, я один схожу, проверю!
Егоров проследил, как он опустился вниз, держа легкую лестницу подмышкой, прошел по металлическому мостику, затем поднялся с помощью лестницы наверх и исчез, растворившись в паутине труб…
Егоров вдруг услышал слабый шорох и обернулся: в помещении стоял мужчина. Волосы его были зачесаны назад и стянуты резинкой в небольшую косичку. Лицо с восточным разрезом глаз напоминало лицо индейца. Он внимательно осмотрел Егорова, затем крикнул:
— Серега!
В помещение вошел парень, рослый, плечистый, в камуфляже. Он глянул на Егорова и насмешливо заметил:
— Что будем делать, Тарзан!
Его голос показался Егорову знакомым — этого Серегу он знал и вдруг догадался — это же его партнер по ночной схватке в лесополосе.
— Ладно хоть, Череп сидит! — невольно подумалось ему.
Тарзан расстегнул куртку, показалась кобура, из которой торчала рукоять пистолета, и снял с пояса наручники.
— Мы из полиции. Интересно знать, что здесь делают посторонние?
— Покажи удостоверение, полицейский! — насмешливо попросил Егоров.
— Серега, покажи ему!
Серега вытащил из кармана нож и выставил лезвием вперед.
— Вот, пожалте, — удостоверение, а на фото можешь посмотреть живьем.
Егоров посмотрел на "фото": парень как парень, недавно, наверное, окончил школу, лицо юноши из благополучной семьи. Тарзан протянул Егорову наручники.
— Поди, знаешь, как одевать!
— Это не мой размер, — отклонил Егоров приглашение.
— Ну, не тяни резину, — мягко настаивал Тарзан.
Мозг Егорова лихорадочно работал. Их двое… Серега из спортсменов, тренирован изрядно, оба вооружены… окно? Туда не вывалиться — пятый этаж, хотя внизу трубы, но можно пролететь и мимо… они его за противника не считают — нет роста, не заметно крутых плеч…
— Не хочет парень слушаться, — засмеялся Тарзан, — он был рад развлечению.
— Сейчас захочет, — Серега потянул губы, лицо его сразу изменилось, сделалось жестким, хищным, лицом уголовника.
В это время дверь в помещение открылась. Вошли еще двое, один небольшой узкоплечий в брезентовой штормовке. Лицо худое, угрястое, неприятное — это оказался шофер с фургона, на котором увозили меха. Второй высокий плечистый и… Егоров признал в нем Черепа.
— Сбежал! — ахнул он. — Ведь говорил Рыжему!
Сбоку у Черепа под плащом что-то было. Когда он расстегнул плащ, оказалось; на ремне через плечо висел короткоствольный "Калашников".
— А у нас гости! — сообщил Серега.
— А-а! — Череп узнал Егорова, на его мрачном лице образовалось подобие улыбки. — Я такому гостю и собственную постель уступлю. А тут, случаем, нет еще одного?
— А как же? — объяснил Серега. — В окно полез.
— Не рыжий?
— Рыжий.
— А голова у него не так? — Череп сдавил себе голову руками.
— Такая, — подтвердил Тарзан. — Урод какой-то!
— А вон он идет, — сообщил бандит, стоявший у окна.
— Давай его к трубе, — жестко приказал Череп, указывая на Егорова. Тарзан ловко накинул наручники на его левую руку и трубу отопления.
— Если пикнешь, — Череп чуть не ткнул пальцем в глаза Егорову, — убью!
— Я нашел! Я нашел! — появляясь в окне, радостно вопил Рыжий.
Питейное заведение Саньки Трешки расположилось неподалеку от рынка, через дорогу чуть правее часовой мастерской. В надежде заработать, Картавый потянул дверь забегаловки на себя, та не подалась. Судя по расписанию работы, которое висело на двери, время обеда еще не наступило, но других, обычных в таких случаях объясняющих бумажек на двери не висело. Картавый постучал.
— Кто? — послышалось из-за двери.
— Мне бы Саню Трешку?
Дверь приотворилась.
— Ну, я! — говоривший дал посмотреть на свою опухшую, со всклоченными волосами голову.
— Дело есть!
— Говори!
— Здесь что ли? — Картавый кинул взглядом вдоль улицы. Саня Трешка открыл дверь пошире, пропуская посетителя внутрь. Картавый прошел и осмотрелся. Заведение оказалось маленькое, шагов десять в длину и не больше четырех в ширину. Пара столиков по четыре стула каждый. Коротенькая стоечка, витрина, на которой стояла лишь водка. Картавый не удивился таким размерам заведения. У Багра было несколько таких точек, деньги в которых он наваривал на дешевой подпольной водке. К каждой такой точке алкаши тянулись сотнями, похоже, что и здесь зарабатывали тем же.
— Ну, говори что за дело, — поторопил его хозяин. Он был пониже Картавого, глаза мутные, рубашка и брюки изрядно мятые. От него несло перегаром.
— Косолапого замели на рынке, просил…
— Так, опять! — хохотнул Саня. — Слушай, передай своему другану: я его выкупать больше не буду, и пусть забудет сюда дорогу. Понял?
Картавый понял: его наградные накрываются, а как бы пригодились в дороге.
— Твое дело, — заметил он, — А мне бы пятихатку, Косолапый обещал!
