Поля безумно скучала по посиделкам с сестрами. Особенно с Алинкой, с которой можно было поболтать и посмеяться от души.
Но сейчас сестрам было не до смеха. Алина спала в бункере, душой пребывая где-то в другом мире и ухитрившись там выйти замуж, отчего Поля хмурилась и переживала; у Марины погиб муж, и она, едкая, любящая пошутить, даже в телефонных разговорах излучала отчаяние, напомнившее Полине то, что ощущала она сама, когда боролась за своего Демьяна. Василина после возвращения из раскаленных недр была постоянно занята, хотя и выкраивала время пообщаться, и ей Полина даже немного завидовала: она сама пока только нащупывала то, чем бы ей хотелось заниматься. С Ани не было телефонной связи, а Каролиша и вовсе сейчас оказалась в Йеллоувине и страдала в трубку, рассказывая, как ей одиноко и тяжело.
Полина ее понимала, хотя сама в одиночестве оставалась только в спальне и ванной комнате. Но у Каролины рядом был отец, а у Поли – никого, с кем ей было бы уютно. Леди Редьяла, хоть и относилась к невестке почти с материнской нежностью, все же была воспитана в других традициях и многих устремлений молодой королевы могла не понять.
Тревога за Демьяна, новости, бесконечная война, что могла закончиться крушением Туры и приходом захватчиков и в этот замок, вызывали в Полине ощущение беспомощности. И дела не спасали – она способна была поднять моральный дух солдат, навестить раненых, отстоять молебен, но это все не было настоящим делом. Пока королева не нашла, чем заняться по-настоящему важным и интересным, годились и текущие обязанности.
К тому же, когда становилось совсем тоскливо, она, в отличие от Каролины, имела возможность вырваться на свободу.
Война шла далеко, но каждый день даже в закрытом замке Полина встречала знаки войны. Встретила и сейчас. У одного из гвардейцев, стоявшего у дверей в ее с Демьяном покои, на запястье виднелась фиолетовая траурная лента.
– Кто, Роман? – спросила Полина, останавливаясь у дверей. Ей было тяжело спрашивать, но разве могла она просто пройти мимо?
– Младший брат, – глухо ответил гвардеец, глядя прямо перед собой. – Воевал на Юге Рудлога.
Полина помялась, вздыхая от сочувствия. Свита примолкла, даже леди Мириам не стала указывать, что негоже королеве выглядеть неуверенной и мямлить.
– Хочешь поехать к родителям? Может, я могу как-то им помочь?
Стражник посмотрел на нее. Дернул кадыком. Не одной ей было неудобно.
– Ваше величество, – заговорил он горячо, с болью. – Они старые совсем у меня. Может, вы позволите им переехать ко мне в Бермонт? Здесь у нас поспокойнее…
– Конечно, – с облегчением сказала Пол. Это она могла решить. – Я распоряжусь выделить вам дом. Поговори с ними; если согласятся переехать – скажи.
– Благодарю! – по-военному рявкнул гвардеец, вытягиваясь в струнку.
– Ваше величество… – забубнила леди Мириам, – …нужно бы посоветоваться…
– Леди Мириам, идите в приемную, – в сердцах проговорила Пол и открыла двери в покои. – Я подойду после обеда. Идите.
– Что слышно в городе? – спросила она у горничной, бойкой, плотненькой и говорливой, пока та набирала ей ванну. Секретарь уже удалилась, фрейлины ждали поручений в гостиной.
– Появилось много беженцев, – охотно откликнулась девушка. – Аж из Инляндии к нам добрались, а блакорийцев вообще видимо-невидимо. Хорошо, что весна в этом году такая ранняя, теплая, а то сколько на шоссе через горы померзло бы…
– И давно появились? – поинтересовалась Поля, глядя за окно – там висела дымка, низкое облако, укутавшее замок.
– Первые уж месяца два как, а массово недавно добрались. – Горничная влила в ванну пену. – Много семей. Говорят, в горных линдах поначалу остановились, но там нравы совсем строгие, старые, им там нелегко, видимо, было, что к столице подались…
– Понятно, – проговорила Полина недовольно. Ей про беженцев не сообщали.
– А еще говорят, что неподалеку от столицы видели инсектоида, – понизив голос, сообщила горничная. – Неужто и сюда добрались, а, ваше величество?
– Вряд ли, – хмыкнула Поля, пробуя воду. – До долины слишком далеко.
– Вот и я так думаю, – согласилась девушка. – Но все же страшно: вдруг тварь такая в город проберется и нападет?
– Если что-то и видели, армия его найдет и обезвредит, – уверенно сказала Полина. – Один инсектоид – не проблема. Пара магов его быстро изжарят.
– Так нет магов-то, – вздохнула собеседница. – Все в боях – кто на границе, кто в Рудлоге, а кто и в Инляндию ушел. Мало их у нас.
– Значит, солдаты с огнеметами, – успокоила ее королева. – Все, иди, Реди́на. Скажи, чтобы час меня никто не беспокоил. Я хочу полежать в ванне.
– Конечно, ваше величество. – Девушка присела в книксене и вышла из ванной.
Поля, сжимая в руке телефон, закрыла дверь на щеколду. Набрала Демьяна раз, другой – трубка молчала. Значит, он там, где нет связи.
– С ним все хорошо! – громко сказала она себе. Поплескала водой, присев на край ванны, пометалась по комнате.
