На следующий день Полина была настолько идеальной королевой, что даже леди Мириам не высказала ей ни одного деликатного наставления. Хотя, возможно, почтенная берманка была до такой степени ошарашена героически-безрассудным поступком госпожи, что поняла бесполезность увещеваний.
Идеальности Полине придавала и дождавшаяся пробуждения записка от секретаря Демьяна, в которой значилось, что его величество позвонит супруге около половины третьего дня по времени Бермонта, если позволит обстановка.
Королева немного трусила, но совсем чуть-чуть: ей представлялось, как Демьян рассержен, и хотелось сделать что-то, способное отвлечь его. Поэтому, получив два с половиной часа отсрочки перед разговором с мужем, она заторопилась. Нужно было многое успеть.
Но для начала Полина заглянула к леди Редьяле. Свекровь отдыхала в кресле после утреннего посещения школы для девочек, попивая пахнущий на всю гостиную ягодный отвар; горничная, присев на низенькую скамеечку, разминала ей ноги.
Увидев невестку, матушка Демьяна отослала служанку, и Поля смиренно извинилась за беспокойство, которое доставила своим безрассудством. Она по статусу могла и не объясняться, но леди Редьяла всегда была к ней очень добра, и ей не хотелось портить отношения.
Свекровь все же была сильно огорчена, но ни ругать, ни обвинять Полину не стала. Только величественно поднялась и протянула руки в знак того, что принимает извинения.
– Мне страшно даже подумать о том, что было бы с Демьяном, если бы ты вчера погибла, – проговорила она слегка укоризненно, пожимая невестке пальцы. – Хорошо, что все обошлось, но ведь тебя ранили. Конечно, Демьян мягок с тобой, и будет мягок всегда, и даже когда мы вчера говорили с ним, он не был зол. Но подумай: ведь он сейчас каждый день подвергается опасности. Не время отвлекать его, милая. Мой сын должен быть сосредоточен на том, чтобы победить врага, защитить страну, не пропустить удар, а не думать каждый момент времени о том, не случилось ли что-то с тобой.
– Я понимаю, – кротко вздохнула Поля, и лицо леди Редьялы разгладилось. На Полину никто никогда не мог долго сердиться.
– Мы должны быть ему надежным тылом, ваше величество. – Матушка Демьяна жестом предложила невестке сесть в соседнее кресло. – Крепким, как замок Бермонт, как скала, на которой он стоит. Я помню, что ты всегда была непоседой, Полина, да и кровь твоя не позволит тебе стать такой, как наши женщины…
– А вам бы этого хотелось? – как можно равнодушнее поинтересовалась Пол. Налила себе ягодного отвара, с удовольствием отпила: она была голодной, а завтрак по ее приказу накрыли в кабинете.
– Нет, – с легким удивлением ответила леди Редьяла, поднимая ноги на скамеечку, где ранее сидела горничная. – Почему ты подумала, что я могу этого хотеть?
– Леди Мириам несколько усердствует в наставлениях, – осторожно объяснила Поля. – Вы не просили ее… вылепить из меня хорошую берманскую жену?
Матушка Демьяна сдержанно улыбнулась.
– Просила только помогать тебе. Мне докладывали, что Мириам бывает слишком хлопотлива и чрезмерна в советах. Но она многое знает про наши традиции и действительно может облегчить твою жизнь. Однако королева ты, а не она, милая. Если она тебя утомляет – отошли ее. И еще раз скажу: никого другого я бы на твоем месте видеть не хотела. Будь его женой одна из наших женщин, она не посмела бы стать за Демьяна против наших мужчин. Да, ты порывиста, быстра, слишком смела и открыта для нас, но ты спасла моего сына, подарила нам тепло и дала ему силу. – Леди Редьяла теперь говорила горячо, и Поля видела в ее блестящих карих глазах, в опущенных вниз уголках губ и огромную материнскую любовь, и беспокойство, и гордость за Демьяна. – Об одном прошу: не стань его слабостью, Полина. Направь свой огонь туда, где он будет полезен.
– Этим я и собираюсь заняться, – согласилась Пол и поднялась. – Поэтому мне нужно идти, леди Редьяла. И я, к сожалению, не смогу присоединиться к вам за обедом. Но, обещаю, если Демьян не разведется со мной после вчерашнего и не прикажет запереть в подвале до своего возвращения, выпьем с вами чаю вечером.
Свекровь с улыбкой покачала головой.
– Что же ты придумала?
– Вечером расскажу. Вы это переживете, – заверила ее Полина уже от двери. – А вот леди Мириам, – она хмыкнула, – вряд ли.
Королева Бермонта, не заходя в свои покои, направилась в кабинет, где уже ждал завтрак и горел огонь в камине, и там провела несколько телефонных разговоров с министром здравоохранения, министром обороны, главврачами нескольких больниц и проректором магического отделения Ренсинфорского государственного университета. Там же она и пообедала, в спешке поглядывая на часы, и написала письмо Ангелине – попросила советов в том, что она задумала, – отправив его с огнептицей.
