– Мне спокойнее, если вы будете на моих глазах, – ответил доктор Лео, сразу вставляя капсулу с кровью в анализатор. – Физически вы здоровы, токсикоз через неделю должен пойти на спад, анализы, – он взглянул на экран, где выводились параметры, – почти идеальные. Попьем железо, кетоны сами уйдут, как только начнете нормально питаться. Сомнения вызывает только ваше моральное состояние, Марина Михайловна. Но я убежден, что труд – лучшая терапия, поэтому поддерживаю ваше решение. И поддержал бы все, что помогло бы вам справиться с потерей. Вдобавок вы не перенапряжетесь, слава богам, ибо теперь у нас есть драконы.
Я слабо улыбнулась, принимая ответ. С прилетом шести драконов замок словно наполнился покоем, а с наших плеч был снят нелегкий груз выбора, кому из тяжелораненых отдавать реанимационную койку, а кого оставлять на поддержку наших магов Жизни, не способных долго ее осуществлять. Все драконы были природными виталистами, и первым делом они, познакомившись с персоналом и осмотрев пациентов, перевели сложных в стазис и уже потом потихоньку колдовали над каждым, готовя к операции или попарно поддерживая виталистический кокон во время нее.
С момента, как они прилетели, мы не потеряли ни одного раненого. И черные кремационные ямы больше не чадили густым жирным дымом.
Люк был последним, кого похоронили в такой яме.
Я, встречая в коридоре или палатах лазарета наших помощников, которые естественно и быстро влились в коллектив, отстраненно удивлялась тому, как, находясь в невменяемом состоянии после похорон, смогла достойно их встретить.
Драконы своим прилетом произвели неизгладимое впечатление на обитателей замка. Мы с леди Лоттой, Ритой, Берни и другими участниками церемонии как раз выходили из парка, когда белоснежные крылатые ящеры, опустившись на покрытую пятнами от нежити зеленую лужайку перед замком, сбросили поклажу, подождали, пока с холки одного из них сойдет тепло одетая девушка, и обернулись в шестерых совершенно голых красно- и рыжеволосых мужчин.
– Вот это да, – с тусклым удивлением сказала Рита, а Берни придержал меня: я едва не наступила на очередную спешащую по каким-то таинственным делам змею.
На драконов уже глазели припавшие к окнам и высыпавшие на крыльцо слуги и пациенты, но те, не обращая на это внимания, достали из сброшенных мешков одежду и начали одеваться. В это время из дверей Вейна появился величественный Ирвинс – и зеваки как по команде рассосались, а наш дворецкий с каменным лицом и прямой спиной направился к гостям.
Мы были шагах в пятнадцати от них, когда Ирвинс, учтиво заговоривший с драконами, указал рукой в нашу сторону, и прибывшие повернулись к нам. Я узнала брата Нории и его жену Тасю – именно они встречали нас в Истаиле перед церемонией подтверждения брака Ани.
– Приветствую тебя, Энтери, и тебя, Таисия, – сказала я глухо, когда мы подошли. Постаралась улыбнуться и с приязнью сжала сначала руку дракона, а потом – его жены. Мы породнились через Ани, и я не хотела обижать их нерадушием. – И вас приветствую в Вейне, дорогие гости, – я повернулась к остальным драконам. Леди Лотта, стоявшая рядом, придавала мне сил, и плечи ее тоже были прямы, и Рита находилась с другой стороны, поддерживая Бернарда. – Я, обращаясь с просьбой о помощи к Владыке Владык, и не думала, что она окажется такой скорой. Благодарю, что вы согласились прилететь. Нам очень нужны ваши умения.
– Мы все рады помочь сестре Владычицы, Марина, – проговорил Энтери, мягко улыбаясь. Глаза его были непривычно багровыми, как и у остальных драконов, и я смутно припомнила: Ани рассказывала, что это от усталости и что в таких случаях требуется свежая кровь. – Представлю же моих соплеменников: О́ри, Вени́, Те́вени…
На перечислении имен я стала уплывать, покачнулась, и леди Шарлотта крепко, почти до боли, сжала мой локоть.
– Однако я вижу, что прибыли мы в час скорби, – сказал дракон, взглянув на вдовью ленту в моих волосах.
– Да, мы скорбим по моему мужу и хозяину этих земель, лорду Дармонширу, – сумела я произнести, хотя внутри прорывались рыдания, и Энтери потемнел лицом, вздохнул тяжело, сочувственно. Жена его так и вовсе едва слышно ахнула. – Но, прошу, не принимайте на себя нашу печаль. Вам выделят покои, вы сможете отдохнуть с дороги, пообедать. Вам сейчас же принесут свежей крови. – Ирвинс при этих словах замер и уставился на меня с ужасом. – А завтра я прошу позавтракать с нами, потом покажу вам лазарет.
Дракон понимающе глядел на меня.
– Мне жаль, – сказал он, еще раз взяв меня за руку – и мне вдруг стало немного легче, словно боль приглушили, сделали не такой едкой. – Я встречал твоего мужа во дворце. Он был настоящим сыном Инлия, дерзким свободным ветром. Нории полюбил его как второго брата.
