Мысль о том, что ракеты попали в руки русской контрразведки в глубоком чеченском тылу, он отогнал сразу. Он даже не захотел об этом думать, даже рассматривать эту вероятность. Это было невозможно в принципе. Скорей всего где-то произошла утечка информации, о ракетах узнали, и ими решил завладеть какой-нибудь другой полевой командир. (Следуя совету своего куратора, Фарух начал детально изучать обстановку в регионе. Так, его несколько удивил тот факт, что пленных, работающих у чеченцев, в основном охраняют не для того, чтобы они не убежали, а для того, чтобы их не украли свои же соседи. Если такое возможно проделать с пленными, то почему бы не попытаться отобрать и ракеты? Это довольно мощное оружие, оно совсем не помешает какому-нибудь местному наполеону. Да хотя бы для престижа.) Или секретность была все же сохранена, а вот о легальном грузе (продукты и промышленные установки) стало известно. С таким оборудованием любое чеченское село сможет жить совершенно автономно, словно арктическая станция. Эта версия показалось разведчику наиболее вероятной, и он скрипнул зубами от злости. Знали бы эти туземцы, которые так хотят заполучить установки для добычи воды и дизельные генераторы, что именно везут грузовики!
Но все же Фарух всем сердцем ощутил, что дикое предположение, которое появилось у него первым, является и самым верным, несмотря на абсурдность ситуации.
Он услышал шум движения и повернулся. Повар стоял рядом. Глаза у чеченца были решительными, как у человека, который собирается ударить. Фарух знал такое выражение глаз.
Он непроизвольно взмахнул руками, закрывая лицо, но было поздно. Кулак боевика без замаха больно и точно врезался ему в солнечное сплетение.
У американца подогнулись колени, потемнело в глазах, и он опустился в пыльную траву.
*
Алексей выпрыгнул из-за кустов:
– Эльдорадо! «Водил» в палатку, ты на «стреме»!.. Боря! (Оперативник оглянулся.) В охранение! Вон туда! – Алексей кивнул головой на холм недалеко от дороги. – Остальные – минировать машины! Начали!
Саня снял кепку, провел рукой по светлым волосам и опять нахлобучил ее обратно, только козырьком назад. Он нагнулся и прямо на дорогу положил свой автомат. Затем он торопливо сбросил с плеч рюкзак, развязал шнуровку и вытащил оттуда плотную упаковку прямоугольной формы. Взрывник опустился на корточки и аккуратно раскрыл этот баул.
В нем лежали радиоуправляемые мины.
В полной тишине (только вовсю уже пели и щелкали птицы) осоновцы сработали на удивление просто и быстро. Алексей, знакомый с минным делом разве что только по фильмам о войне, был приятно удивлен. Два человека пробежали рядом с грузовиками, прихлопывая магнитные мины прямо к кузовам. Затем взрывник вытащил из того же баула плоскую коробочку размером с пачку сигарет, нажал несколько кнопок и удовлетворенно кивнул.
Пульт управления взрывом был приведен в готовность.
Алексей перевел дух. Две минуты работы… и никто даже лопатой не взмахнул. Техника на грани фантастики.
Ну что ж… пока все идет по плану. Теперь остается грамотно уйти. Водителей отогнать подальше… да они и сами все поймут, как только увидят мины… побегут так, что не догонишь.
А спецназ в другую сторону.
Все?
Вроде все…
*
Фарух внезапно очнулся и вынырнул из темного провала сознания.
Так же, как и упал в него.
Сначала его тело корчилось, остро ощущая недостаток воздуха, он не мог вздохнуть, болевой шок от удара в нервный узел перекрыл доступ кислорода в легкие, но боль медленно отступала, и с каждым маленьким вдохом ему становилось все легче и легче.
Внезапно он ощутил, как какая-то сухая травинка больно колет ему кожу на щеке и, пошевелившись, он смог только отвернуть голову в сторону. Подняться на ноги у него еще не хватало сил.
Американец увидел «КамАЗы» и лежавших на асфальте водителей со сведенными на затылках руками. На дороге ничего не изменилось, только откуда-то взялись еще вооруженные люди, которых Фарух раньше не видел.
Тут же к нему вернулся и слух.
– Закрепили мины? – спросил какой-то парень в камуфляже и посмотрел на чеченца, с которым разговаривал Фарух.
– Все нормально, командир, – ответил тот и еще раз глянул на пульт, который он держал в руке. – Надо уходить, и я уничтожу это все к чертовой матери.
Американец так все отчетливо понял, словно он был заодно с этими хмурыми парнями в мятой камуфляжной форме. «Это русские, я не ошибся. Интересно, РУБОП или ФСБ?» – мелькнуло у него.
Операция была провалена.
Как и почему – это разведчика уже не интересовало. Скорей всего он уже никогда не узнает ответы на эти вопросы.
Фарух ощутил, как волна черного, глухого, всеподавляющего отчаяния вырвалась из зеленого веселого леса, звенящего птичьими голосами, и бесшумно накатывается на него, словно цунами. Интересно, сможет ли он заплакать? Ведь сейчас закончилась его жизнь.
Фарух пожалел, что не взял с собой оружия. Вернее, на этом настоял Джонни. Не к лицу сотруднику гуманитарной миссии держать при себе пистолет. Проклятый Джонни… совершенно идиотское положение… даже застрелиться нечем!