При воспоминании об этом Ю Гыми слабо улыбнулась, и я улыбнулся в ответ, почувствовав себя намного лучше. Я уже не задыхался, как раньше, и не умирал от страха.
Я повернулся к Ю Гыми и сказал:
– Спасибо, Гыми. Вы привели меня в чувство.
– Всегда пожалуйста, – отозвалась она и ласково похлопала меня по спине своей маленькой холодной рукой.
Мне захотелось умереть от стыда. Подумать только, я – взрослый мужчина, а эта невысокая девушка утешает меня, как ребенка. Осознание того, что она была напугана меньше, чем я, заставило меня почувствовать себя таким жалким. Как унизительно. Что я творю? Мне нужно взять себя в руки.
К тому времени, как мы вернулись к остальным, допрос закончился – а может, он прекратился из-за нашего возвращения. Кто-то – интересно кто? – прикрыл убитого тканью по грудь.
Со Чжихёк сидел у стены и держал второго наемника на прицеле, Пэк Эён – тоже, но при этом больше следила за окрестностями.
Не сводя с пленного ни взгляда, ни пистолета, Син Хэрян сказал:
– Думаю, пользоваться ближайшим лифтом опасно.
– Значит, наемники охраняют лифты? – спросил я.
– Да.
А потом – тишина. За несколько часов знакомства я понял: это обычное поведение Син Хэряна. Он не делится информацией, если не задавать вопросы и не требовать объяснений. Поэтому я спросил о том, что не давало мне покоя:
– Кто эти люди?
Со Чжихёк продемонстрировал нам нашивку с акулой, которую, судя по всему, сорвал с одежды мертвеца, но поспешил спрятать, увидев на ней брызги крови.
Син Хэрян сказал со вздохом:
– Религиозные фанатики, которые питают слабость к гренландским акулам.
– Богохульный ублюдок! – гневно закричал пленный, но быстро успокоился, почувствовав дуло пистолета Пэк Эён на своем затылке.
Крик заставил меня вздрогнуть. Ю Гыми испуганно спряталась у меня за спиной, и я попытался успокоить свое неистово колотящееся сердце.
– В каждой религии имеются три основных элемента – основатель, доктрина и прихожане, верно? Так кто основал эту религию?
В кои-то веки Син Хэрян не знал ответа. Похоже, допрос почти ничего не дал.
Несколько раз моргнув, Син Хэрян сказал:
– Наверное, какой-то психопат, который любит акул.
– Нет!
Пэк Эён прижала дуло к голове мужчины, заставляя его замолчать.
– А какая… эмм, какая у них доктрина?
Син Хэрян взглянул на пленника и, поколебавшись, неопределенно ответил:
– Геноцид всего человечества?
– Ублюдок! – взревел пленник, и Пэк Эён ударила его по затылку пистолетом.
– Хочешь, чтобы в твоей башке появилась маленькая дырочка? Хочешь, да? Я организую.
После этих слов пленник заскрипел зубами от злости. Впрочем, мне показалось, что замечание Син Хэряна разозлило его куда больше, нежели угроза.
Не обращая на него никакого внимания, Син Хэрян продолжил:
– Похоже, лифты на Второй подводной базе охраняют вооруженные и агрессивно настроенные личности. Судя по всему, они расстреливают всех, кто к ним поднимается. Мы не можем доверять словам этого человека, но если он говорит правду, то противников должно быть от восьми до двадцати человек.
Я нахмурился, услышав количество, а Ю Гыми посмотрела на нашивку на плече пленника и, помрачнев, спросила:
– Ваш символ – гренландская акула?
– Да. Похоже, ты умнее остальных неверных. Мы – те, кому покровительствует бессмертная акула! Мы переживем все опасности и невзгоды!
Услышав это, Ю Гыми недоверчиво заметила:
– Если пуля попадет вам в голову или ножницы воткнутся в шею, то вы все равно умрете.
Пленник посмотрел на Ю Гыми в упор. Та смело встретила его взгляд, словно не желая проигрывать, но после нескольких секунд гляделок заморгала, как если бы у нее пересохли глаза, а потом спряталась у меня за спиной.
– Что-то в глаз попало, – пробормотала она, потирая глаза, а потом добавила: – Я слышала о религиозном культе, который посвящен шестисотлетней гренландской акуле. Его адепты стремятся к бессмертию. Культ называется «Церковь Древней Акулы» или как-то так.
– Церковь Бесконечности! – яростно выкрикнул мужчина.
Со Чжихёк настороженно огляделся по сторонам, а Ю Гыми, ничуть не обеспокоенная этой вспышкой ярости, возразила:
– Невозможно жить бесконечно!
– Глупое дитя. Исследования в области бессмертия идут полным ходом, просто ты об этом не знаешь. Не говори опрометчиво о том, о чем не имеешь представления, ибо невежество есть грех!
Ю Гыми сердито скрестила руки на груди:
– В лаборатории, где я работала, был человек вроде вас. Большего дурака сыскать трудно! Когда температура снижается, активируются гены, подавляющие старение. Чтобы жить в ледяной воде, метаболизм должен быть снижен, а рост – протекать очень медленно. Гренландская акула живет долго, потому что это единственная акула, которая обитает в таком холоде! ДНК человека запрограммирована на жизнь до тридцати восьми лет! Даже с учетом достижений современной науки и медицины предельная продолжительность жизни – сто пятьдесят лет! Если поместить человека в холодную воду, в которой живут гренландские акулы, то продолжительность его жизни составит всего десять минут! Бессмертие? Чушь собачья! Даже двести лет прожить невозможно!
