И все это отобрал он.
Встав с пола, я наконец-то посмотрела в его глаза. В глаза убийцы. Безумного чудовища с крайне извращенной моралью.
— Твой план не сработал, — презрительно выпалила я, — Знаешь почему? Все еще остаюсь я. Я еще жива и стою здесь, перед тобой. А еще знаешь, что? Совсем скоро каан женится на мне, и вот тогда все твои планы рухнут окончательно!
Приблизившись на пару шагов, я склонилась над обозленным парнем, и злорадно пропела:
— Только вот беда… Ты этого уже не увидишь!
Последние слова вырвались из моего горла вместе с гневным шипением, и вытянув воспламененные руки вперед, я с силой вдавила их в лицо Антипа.
Из перекошенного от боли рта раздался душераздирающий крик. В нос ударил запах горелой плоти, и кожа под пальцами начала пузыриться и моментально обугливаться. Пришлось закрыть глаза, чтобы не видеть этого.
Кажется Хан что-то кричал, пытался остановить меня. Но это было невозможно. Горели не только мои руки.
Я вся была как живой факел.
Лишь когда его вопли стихли, а тело обмякло, я смогла прийти в себя.
Отняв ладони от обугленного дотла черепа, я пошатнулась и накренилась назад, все еще не открывая глаз. Но сильные руки тут же поймали меня и заботливо уложили на постель.
— Ты не должна была брать на себя бремя расправы, — прошептал Хан, с болью глядя на мое покрытое слезами лицо, — Но я не могу не сказать тебе спасибо. То, что ты сделала с ним… Он это заслужил. Благодаря тебе все те девушки смогут покоиться с миром, зная, что их мучитель пережил не меньшую боль.
Я лишь с громким всхлипом закрыла руками лицо и сжалась в комок.
Хан легко поцеловал меня в макушку и завернул в покрывало.
— Не открывай глаза, пожалуйста, — попросил он, — Я позову стражников, чтобы они вынесли тело. Не стоит тебе на это смотреть.
После этого он и правда позвал несколько воинов, которые несмотря на явное удивление, с гробовым молчанием начали выполнять приказ.
Я же действительно до боли смежила веки, для надежности еще и натянув на голову край покрывала. Просто слишком сильно боялась, что если увижу то, что сотворила с ним, то уже никогда не смогу избавиться от этого жуткого кадра в своей голове.
Вскоре пришли прислужницы, которые должны были заняться уборкой. В целом можно было вылезать из своего укрытия, но я была настолько вымотана, что даже не заметила как уснула.
И на границе сна и яви в голове возникла четкая мысль, ужаснувшая меня.
Я. Убила. Живого. Человека.
Большое черное пятно на полу — вот, все что осталось от вчерашнего кошмара. Я все утро смотрела на него, не в силах оторвать взгляда. В мыслях то и дело возникало перекошенное лицо Антипа, а в ушах звучал его душераздирающий вой.
Хан сказал, что я кричала во сне. Не знаю… Мне показалось, что я вообще не спала. Только закрою глаза и начинается…
Промучившись до рассвета, я не выдержала и тайком улизнула из юрты. Благо, что стражи не было у двери, и мне никто не стал мешать. Похоже этой ночью Хан отправил своих воинов избавляться от тела Антипа.
Ноги сами повели меня к реке. Несмотря на грозу и мощные порывы ветра, мне до дрожи захотелось с головой окунуться в ледяную воду.
Добравшись до своей тайной заводи, я сбросила одежду и шагнула навстречу мелким волнам, вызванным бушующей с раннего утра погодой.
Река с тихим всплеском приняла меня в свои объятия, остужая тело и мысли. Всласть наплававшись, я обессилено легла на воду, почувствовав как мышцы начали гореть от усталости.
Небо над головой то и дело рассекали искристые змейки — молнии, а графитовые тучи рваными мазками перекрывали голубую высь. Гроза превратила рассвет в вечерние сумерки.
Прикрыв веки, я позволила волнам нести свое тело к берегу, наслаждаясь убаюкивающим покачиванием. Однако вскоре моя голова уткнулась вовсе не в камыши, а во что-то твердое, заставив испуганно дернуться и мигом уйти под воду, хлебнув ртом и носом воды.
Вынырнув на поверхность, я запрокинула голову назад, откашливая из легких жидкость.
— Прости, не хотел пугать тебя, — раздался над ухом виноватый голос Хана, — Мне показалось, что ты уснула. Твое тело уносило от заводи к руслу реки.
Протерев тыльной стороной ладони глаза, я сквозь слипшиеся ресницы оглянулась вокруг. Похоже, что Хан прав. Еще немного и меня бы унесло к большому течению.
— Я думала волны вынесут меня к берегу, — призналась я, радуясь, что темная вода скрывает обнаженное тело от мужского взгляда.
— Не стоило тебе плавать в такую погоду, — с укором сказал он, поддерживая меня под локти, — Или хотя бы могла предупредить меня.
— Прости. Мне не спалось…
Дурные мысли вновь накатили на меня удушливой волной, заставляя погружаться в пережитый кошмар.
— Давай к берегу. Не стоит в грозу находиться в воде — плохая примета.
Я пожала плечами и первой погребла к суше. Не услышав за спиной характерных всплесков, обернулась и поняла, что Хан все еще стоит на прежнем месте.
— Ты чего?
— Одевайся спокойно, я позже выйду, — сказал он, не поворачивая головы.
Надо же… Нашему каану оказывается не чужды джентльменские замашки. Как много изменилось с моего первого дня в улусе.
