– Тогда я еще не был уверен, что готов терпеть твой характер столько времени, – ответил Мартин, пряча в уголках губ усмешку. Демонтин сделал вид, что смертельно оскорблен его словами.
– Я поклялась уничтожить Клевора, – сказала Аленика, вставая. – И повторила бы свою клятву после того, что видела сегодня. Такое не должно случиться вновь.
Мартин кивнул, принимая ее в их компанию.
– У меня в самом деле есть выбор? – спросил Роберт, с надеждой смотря на монаха.
– Нет, насчет тебя Ильгетар настаивал.
– Ну раз так…
Ланк растерянно кивнул.
Через несколько дней в дверь «Мокрой Выдры» вошла странная компания.
Высокий ишимерец с короткими кудрявыми волосами и бородой, он был одет в черные восточные одежды, а за спиной нес боевой посох – редкое оружие для бедных кварталов Нейвера. Его сопровождала стройная нелюдь в изящном темном платье и широкой шляпе, ухоженный рыжий господин с белыми глазами и нервного вида молодой человек, то и дело трогающий свое лицо.
– Серый Ворон… – крик Акивы в этот раз вышел безрадостным, его внимание привлекла нелюдь. – Боги, ты здесь! Слава Клевору, я так боялся!
Аленика обняла бросившегося к ней дядю.
– Завтра мы все уплываем на материк, – сказала она, когда все слова приветствия были сказаны. – Нам нужны комнаты на одну ночь.
– Но у меня все заполн…
– Об оплате не беспокойтесь, – Истэка провел рукой над стойкой и на ней материализовался мешок с золотыми драконами. – Все будет возмещено.
– Дайте мне пять минут, – сказал Акива, скользнув по деньгам жадным взглядом. – Глаша, угости гостей всем, что они захотят!
Юркая служанка тут же появились из ниоткуда, – такой магии и сам Демонтин мог бы позавидовать, – и проводила исключительно дорогих гостей за лучший стол в зале, у самого камина.
Аленика, уже имеющая представление о вкусах своих спутниках и знавшая наизусть продукты в кладовой «Выдры», заказала ужин для всех.
– Это невозможно, я так больше не могу!… – заныл Роберт, снова трогая свое лицо. Истэка наложил на змея иллюзию, сделав того на время человеком. Величайший мета-маг никогда не халтурил, и теперь ланк всерьез боялся, что у него вылезла вся чешуя. – А что, если я таким и останусь!?…
– Будешь ныть, сделаю тебе ко всему прочему еще и прыщавым, – проворчал Истэка, недовольный отсутствием элементарной благодарности за свою работу.
– Роберт, в самом деле! Пока мы в Нейвере, где теперь каждый дурак славит Клевора, тебе нельзя появляться на улицах в чешуе, – возмутила Аленика. – Как ты можешь не понимать этого?
– Посмотрел бы я на тебя, если у тебя пропали твои драгоценные уши!
– Вообще-то я ношу шляпу и их не видно, но если бы их нужно было скрыть, я бы не ныла, как ты.
Мартин старался не обращать внимание на перепалки спутников, он задержал взгляд на пламени в камине, размышляя о том, что их ждет на другом материке.
– Ба, Аленика!… – донеслось с другого конца зала.
Нелюдь обернулась и увидела Есеня. Толстый бард махал ей рукой, спеша на встречу и едва не спотыкаясь.
Девушка встала из-за стола и даже двух шагов не успела сделать, как была стиснута в объятиях музыканта.
– Как я рад видеть тебя, сестренка! – воскликнул он. – Ты совсем не изменилась, знаешь… О, а кто эти люди?
– Есень, я не уверена…
– Мое имя Есень Лиловые струны! – бард уже сел за стол, чуть пихнув задом Мартина, заставляя подвинуться. Когда взгляд Есеня остановился на тревожном молодом человеке, он прищурился. – Роберт! – в конце концов его крик услышал весь зал. – Дружище, ты живой! Как я рад!
Обняв змея и потрогав его гладкие розовые щеки, бард остался совершенно доволен.
– Ну и ну, как настоящая! – воскликнул он, указывая на кожу ланка. – Работал настоящий мастер! Знаете, женщина часто обращаются к таким… но на ощупь все ведь прежнее, бррр! – он поморщился. – А это… это искусство, точно говорю вам!
Истэка, довольный похвалой, улыбнулся музыканту.
– Есень, наверное, нам нужно поговорить наедине, – Аленика опустилась рядом с музыкантом и осторожно положила руку ему на колени. Она хотела предупредить его, что эти люди – не те люди, к которым стоит так запросто подходить. Учитывая последние обстоятельства, находиться возле их компании было небезопасно. Однако у барда были свои представления о том, где ему безопасно, а где нет. Он предпочел не замечать предостерегающих взглядов подруги.
– Наедине!? Зачем наедине? Я тут только вас не знаю, господин…
– Истэка Демонтин, – кивнул маг.
– Тот самый Истэка Демонтин!? – изумился Есень. – И что же вас… свело вместе? – он взглянул на Аленику.
– Мы разрешили наш вопрос.
– Ну, я рад, что все кончилось хорошо, – кивнул бард, хотя что-то в интонации Аленики его испугало. – А куда вы отправляетесь? Я краем уха тут услышал…