Прикончив лепешку, он выпил вино в несколько глотков и со звоном поставил стакан на каменный пол, – это был первый раз за двадцать шесть лет, когда Мартин позволил себе пить. Только после этого, растерев лицо руками, он взглянул на троих своих пленников. Монах был уверен, что они уже обсудили между собой все, что могли, и каждый полностью владел ситуацией.
Нелюдь с любопытством смотрела на Мартина. Гладко выбритая голова и лицо, геометрические татуировки на черепе, спине и руках, странная одежда… человек, устроивший весь этот кошмар, смотрелся необычно, но безумным фанатиком не выглядел.
Когда была воровкой, Аленика много слышала о Сером Вороне и несколько раз выполняла его поручения, общаясь с ним через Акиву. Сейчас, когда он был близко, она с удивлением отметила, как легко смотреть в глаза этому человеку даже зная, кто он такой.
– Ты всех своих жертв поишь вином двадцатилетней выдержки? – спросила Аленика, пригубив свой стакан.
– Нет, – ответил Мартин, тоже изучая девушку. Что бы он не искал в ней, он остался доволен. – Только тех, кому собираюсь предложить совершить нечто невозможное.
– И что же ты хочешь предложить? – поинтересовалась Аленика. Любопытство уже брало верх над чувством опасности, и она отпила еще вина. Теперь, когда небеса обрушились на землю, когда вокруг царил настоящий ад, почему бы не разделить обед с этим страшным человеком?
– Я собираюсь отправить в поднебесье, – сказал Мартин, взглянув в окно. Затем он повернулся к Истэке, и вид у него был такой, словно он рассказал уморительную шутку и ждал реакции.
Лицо колдуна застыло. В первую секунду он не понял, но потом узнал юношу, которого больше тридцати лет назад просил выкрасть из Церкви Черных Куполов результаты исследований. Теперь, когда увидел, что за «церковник» поймал его в пентаграмму, маг мог только посмеяться над самим собой. Безбожный засранец напугал его до смерти!
– И как же ты сделаешь это? – спросил Истэка, не сдерживая ликующей улыбки. Ему определенно нравился поворот, который принимало это дело.
– С ее помощью, – Мартин указал в сторону ушастой нелюди. Демонтин кивнул: похоже на этот счет их с монахом теории совпадали. Скахтьярны так или иначе могли попасть в поднебесье, в этом не было сомнений.
– Ты не собирался помогать церкви, – сказал колдун, вдруг догадавшись о том, зачем на самом деле Мартину понадобилась гробница скахтьярнов. – Ты ведь ненавидишь Клевора едва ли не сильнее, чем я сам!
– Я не испытываю к нему ненависти. Но ни одному существу не должны быть подвластны такие силы, – сказал Мартин, снова взглянув в окно. – Я надеялся дать белым совам другой источник, разделить их и Клевора, но не успел.
Аленика стиснула в руках стакан с вином. Благими намерениями, значит, отец Мартин?…
– Я хотел научиться перемещаться по тени, чтобы попасть в поднебесье. Когда в крепости обнаружили останки, я предложил церкви использовать их для моего проекта, и они согласились, – продолжил объяснения Мартин. – Но теперь, раз скахтьярны еще не покинули этот мир, в исследованиях больше нет необходимости.
Роберт напрягся. Мартин убрал ловушки, его слова означали, что ушастую он не тронет, а Демонтин уже улыбался ему, как старому другу. Все это змею не нравилось.
– А что будет со мной? – спросил он, не выдержав. – Теперь ты отпустишь меня?
– Нет, – Мартин взглянул на змея почти что ласково, как на глупого ребенка, который в сотый раз задает один и тот же вопрос.
– Ты собираешься держать меня в плену до конца жизни!?
– Ильгетар разрешил мне, – губы монаха тронула улыбка.
– Ты говорил с ним?… – ошеломленно выдохнул змей. – Или это очередная злобная шутка!?… Отвечай, будь ты проклят!
– Я говорил с ним, – признался Мартин. – С ним и со многими другими. Они хотят, чтобы живые поднялись наверх и помогли им вернуть на пантеон равновесие. Армия Клевора велика, много больше, чем силы всех остальных богов вместе взятые. Им с ним не справиться, и они обратятся на землю – обратятся уже очень скоро. Я должен найти путь в поднебесье до того, как боги соберут свои армии.
– Какие армии? – спросила Аленика, тряхнув головой. Она понимала значения слов, которые слышит, но смысл ускользал от нее: Мартин ведь не мог говорить
– Армии живых, разумеется, – ответил Истэка, чьи глаза уже горели предвкушением. – Армии, которую Мартин должен будет поднять наверх.
– Именно, – монах кивнул. – Эти земли с сегодняшнего дня принадлежат Клевору. Я отправляюсь на другой материк, чтобы начать поиски оттуда. И я приглашаю вас отправиться со мной, – с этими словами Мартин обвел взглядом всех троих. – Вы можете уйти, быть сами по себе, тратить свои выдающиеся способности на то, что не будет иметь никакого значения уже через несколько лет. А можете стать частью события, о котором буду говорить до конца времен.
– Я с тобой, – заявил Истэка, поднимаясь и разминая затекшие ноги. – Ты мог бы просто прийти в ту кофейню вместо Ванда и предложить мне отправиться под небо, я бы согласился!