— Ну я в общем-то и не удивлена, — усмехнулась я и подмигнула Дойлу, — не переживай, и на твою долю девушек останется. А насчет осторожности — постараемся сократить контакты с ним до необходимого минимума, договорились?
Ответом мне были дружные кивки друзей. За разговором мы незаметно дошли до общежития и разошлись по своим комнатам, чтобы через пять минут вновь собраться в холле.
Направляясь к полигону, мы принялись расспрашивать старшекурсников о том, что нас сейчас ожидает. Как оказалось, боевку на старших курсах ведет магистр Мортен эр Нарлен, не просто преподаватель боевых искусств, но еще и сильный маг, владеющий тремя стихиями — Огнем, Воздухом и Водой, и весьма успешно применяющий их в сражениях. Как сказал рыжий Нерт, с лица которого впервые со времени нашего с ним знакомства сползла шкодливая усмешка, по сравнению с магистром Мортеном мастер Дарен просто образец доброты и милосердия. Мы переглянулись и поежились, думая об одном и том же: что за монстр нам достался? Как сказал Дарс, после каждого из его занятий хоть кто-нибудь, да направляется в лазарет…
На полигоне мы оказались минут за десять до начала занятий, но по совету старшекурсников сразу же занялись разминкой. Примерно на середине комплекса Нерт подошел к нам и сказал, кивнув на идущую в нашем направлении фигуру:
— А вот и магистр Монстр. Становитесь в строй, а то будет язвить половину занятия.
Магистр оказался мужчиной чуть выше среднего роста, с резкими, точно рубленными чертами лица, хищным носом, высоким лбом и тяжелым подбородком. Холодные серые глаза, неприлично коротко остриженные волосы, сардоническая усмешка на тонких губах… Довершал картину шрам, уродующий правую щеку и идущий от виска до уголка губ. Я с удивлением уставилась на него, ведь шрам можно было свести при помощи магии Жизни… Или нет?
Если мастер Дарен походил на меч — жесткий и острый, то магистр чем-то напомнил мне хлыст: худощавое, но явно сильное тело не бугрилось мускулами, а движения были странно текучими. Подойдя к строю, он неторопливо обозрел пополнение в нашем лице и словно выплюнул, насмешливо глядя на меня:
— Ну надо же, девки на Боевом факультете…
Меня словно молнией ударило. Слово «девка» в Тар-Каэре использовали только в одном, вполне определенном смысле, им называли шлюх. Да как он смеет? Я задохнулась от гнева, но тут потрясенную тишину прорезал леденящий душу голос Кэла:
— Девки в борделе, а здесь студентки Боевого факультета! Я требую ваших извинений перед моей невестой и ее подругой!
Один шаг — и магистр почти вплотную скользнул к Кэлу, а взгляды серых и зеленых глаз скрестились, точно шпаги дуэлянтов.
— А не то что? — голос магистра прозвучал почти напевно.
— А не то я сделаю все, чтобы убить вас, — слова Кэла заставили остальных боевиков судорожно вздохнуть, а нас — положить руки на рукоять мечей и обратиться к своим стихиям.
Я сжала кулаки и потянула к себе нити друзей, неосознанно сплетая их в рисунке простейшего заклинания магии Воздуха — Воздушный кулак, схему которого я нашла в одной из книг Ларта, чувствуя, как Воздух, Огонь и Вода сплетаются в нечто невообразимое. В этот миг я не задумывалась о том, будут ли сочетаться эти стихии, получится ли у меня нечто убойное или один пшик, я знала одно — если магистр попробует причинить вред одному из нас, я сама убью его!
— А Гаррод в вас не ошибся, — неожиданно сменил тон магистр, — до начала занятий по магии Стихий ухитриться сформировать нестандартное заклинание, да еще и звездой… Интересно, на что вы будете способны по окончанию обучения? Нари, я приношу вам свои искренние извинения!
Это что, была проверка? Вот такая?! Во мне поднялась ярость, а плетение налилось силой и почти было готово сорваться с засветившихся радужным сиянием пальцев. Магистр взглянул на меня, изменился в лице и коротко скомандовал остальным студентам:
— На другой конец полигона, быстро!
Студенты рванули туда, словно за ними гналась смерть. Боги, я не удержу эту силу, и тогда… Я принялась обрывать нити, связывающие меня с друзьями — бесполезно, заклинание слабело крайне медленно и становилось нестабильным. Магистр сделал несколько шагов назад и крикнул:
— Выпускайте! В меня, сейчас!
Время растянулось, будто патока, и каждое движение казалось странно замедленным. Жест, и плотный комок чего-то летит к нему, ударяется о выставленные щиты — я вижу их так четко, как будто они материальны, их три слоя — разбивает первый, второй, и словно рассыпается искрами, пробивая третий. Сила удара швыряет магистра в сторону, он падает, гася инерцию перекатом. Вздох, и время приобретает свой обычный ход, а в словно заложенные доселе ватой уши врываются звуки.
Магистр поднялся и подошел к нам. Я смотрела на него, молча сжав зубы и понимая, что за такое я вполне могу вылететь из Академии, и благодарение Богам, если только я…
