— Ларт, а если сделать артефакты для общения частями единого целого? Например, чтобы в одной тетради писать, а в другой появлялось написанное? Я не артефактор, и это может оказаться бредом…
— Такое сделать пытались, а вот с частями целого… Спасибо за идею, Лин, надо будет поэкспериментировать! Умница, дочка!
— Ларт, а у меня еще вопрос. Это качается обручальных браслетов… — замялась я.
— Что-то случилось? — с тревогой посмотрел на меня он, — что именно?
— Не случилось, вот только я подумала… Ларт, насколько тесную связь дают браслеты? Просто мы с Кэлом и без того чувствовали эмоции друг друга… Более того, нам пришлось накладывать заклинание, чтобы я не переживала все эмоции лучей звезды, а они — мои! Иначе наша звезда не просуществовала бы и седмицы…
Ларт надолго задумался, затем покачал головой и заговорил, словно припоминая:
— Насколько я знаю, такой истории, как у вас с Кэлом, еще не было, но… В древности были случаи, когда при очень сильном эмоциональном напряжении супруги в истинных парах начинали видеть глазами и слышать ушами друг друга, и даже мысленно общаться… Хотя я искренне надеюсь, что вам это не понадобится!
— Почему? Полезное же свойство!
— Потому что проявлялось оно только тогда, когда кто-то из пары находился в смертельной опасности, а вам я такого не желаю! Хотя с учетом того, как это все происходит у вас, может, для вас это и необязательное условие? Попробуйте, вдруг получится?
Разумеется, мы попробовали, и порой мне даже казалось: еще чуть-чуть, буквально шажок — и все получится, но сделать этот шажок нам так и не удалось. Прошло уже три седмицы после нашего прибытия в этот особняк, что показался мне столь негостеприимным вначале и ставший мне подлинным домом теперь. Я чувствовала себя посвежевшей и отдохнувшей, а еще — попросту счастливой, как никогда с момента моего появления в этом мире. Ларт наконец закончил артефакты-ленты и однажды вечером отдал их мне, сказав:
— Вот эти, в цвет твоих волос — щит от огня и физического воздействия, активируются они одновременно двойным щелчком пальцев. Это, — он передал мне золотистую ленту, больше похожую на тонкий и пластичный металл, — артефакт, блокирующий оборот. Я немного доработал его, смотри, что надо делать!
Ларт взял «ленту» в руку, встряхнул — она выпрямилась с похожим на металлический щелчком — и слегка задел ей свое запястье. Лента тут же обвилась вокруг него, превратившись в браслет. Я восхищенно покачала головой:
— Вот это да! А кто может его снять?
— Только я и тот, кто надел артефакт. Причем достаточно задеть им руку, ногу, шею — он самостоятельно превратится в браслет, ошейник либо другое, — он хмыкнул, — украшение.
— И сколько он будет работать? — спросил Кэл, с интересом наблюдавший за действиями отца.
— Сколько угодно. Он подпитывается от самого дракона, так что прекратит работать только в случае его смерти.
— А щиты? — тут же задала вопрос я.
— Вообще-то они подписываются магией носителя, — ответил Ларт, — но…
— Но не стоит рассчитывать на то, что враги глупы и не имеют при себе тенаритовых браслетов, — подхватила я, — а без подпитки?
— Сутки. Прости, Лин, но большего мне добиться не удалось, — вздохнул тот.
— Целые сутки?! — я была поражена, тот амулет, что когда-то подарил мне Тирриан, действовал так мало…
— Отец один из лучших артефакторов Аллирэна, — с гордостью ответил мне Кэл, — так что не удивляйся! Спасибо, папа, — обратился он к отцу, — хотя я искренне надеюсь, что Лин они не понадобятся, но…
— Но лучше быть готовыми ко всему, — кивнул Ларт.
Искренне поблагодарив его, я сразу же вплела ленты в косу и с тех пор носила их постоянно. Впрочем, я всё равно почти никогда не оставалась одна, да и от дома мы далеко не отходили. И хотя защита ограждала от вторжений только дом и сад, мне казалось, что бояться нечего, ведь наш покой стерегли драконы из Шарэррах. Они не беспокоили нас, но мы ждали известий и поэтому совершенно не удивились, когда однажды один из них опустился на берег озера поодаль от места, где сидели мы с Кэлом, и сменил ипостась. Мы вскочили и заспешили ему навстречу, бросив книги, которые читали.
Дракон был мне незнаком, что было неудивительно: хоть я и познакомилась со многими из Шарэррах во время своего пребывания в замке год назад, однако это была лишь небольшая часть клана. Прибывший оказался высоким молодым мужчиной с пепельными волосами, резкими чертами лица и карими глазами, в которых промелькнуло что-то непонятное при взгляде на меня. Когда мы подошли, он учтиво поклонился:
— Нари Алиэн, тар Кэлларион, я Рэшарр, меня послал командир Эрвейн с важной вестью для вас. Это касается Каэхнора.
Меня вдруг захлестнуло странное ощущение: казалось, все мои чувства вопят «опасность»! Впрочем, неудивительно: я хорошо помнила, что меня ожидала роль приманки.
— Его нашли? — Кэл весь напружинился и даже слегка подался вперед.
— Да, но я бы не хотел говорить об этом здесь, — покачал головой тот.
— Разумеется, — кивнул Кэл, — позвольте пригласить вас в дом, тар Рэшарр? Надеюсь, вы пообедаете с нами?
— Благодарю, не откажусь, — ответил тот.
