Гена и Энди молчали, отдыхая. Пожав плечами, я вышел вперёд, впиваясь взглядом в глаза паренька немногим выше меня ростом.
— Пошёл ты, — с улыбкой выплюнул я ему в лицо.
— Здоровая реакция, — ухмыльнулся в ответ Ренегат. — Хорошо держишься, человек. Знаешь, как такое называют? Храбрость загнанной в угол крысы. Ей нечего терять, кроме жизни, которая вот-вот оборвётся. И она дерётся, невзирая на боль, на страх и на смерть, поджидающую её в гипотетические несколько секунд. Так вот ты, Джон, та же крыса. Лишённая даже шанса на достойный отпор, уставшая, слабенькая… Но храбрая. Такая, такая храбрая…
— Зато я всё ещё с душой, — рассмеялся в свою очередь я, глядя на попытки паренька задеть меня за живое. — В отличие от некоторых.
— Не назвал бы это плюсом в твоей ситуации, — причмокнул Ренегат, а затем облизал губы. Его глаза прыгали с Энди на Гену, и наоборот. — Взгляни на меня — я один способен стереть такую страшную бездну с лица вселенной. А ты, со всеми своими принципами, страданиями, желаниями и стремлениями — куда они тебя привели? Я отвечу, не утруждай себя. К смерти. Безликой, глупой смерти. Ты не получил ответов на вопросы, не спас своих друзей, не отвоевал для Гео «светлое будущее», не воссоединился с любимой… А сейчас, Джон, ты умрёшь.
— Ладно.
Пауза.
— Ладно?! — округлил тёмные кляксы глаз парень. — Это всё, что ты хочешь сказать?
— Ага, — легонько вздохнул я. — Я пришёл сюда, чтобы умереть. Таков смысл жизни, вообще-то. Умирать и рождаться заново. Ох, прости, забыл… Это работает только с теми, у кого есть душа.
— Предсмертный бред, — нашёл наконец-то слова Ренегат.
— Он самый, — кивнул я.
Из всех пунктов мне почему-то стало обидно именно за вопросы, что так и обрели ответы. Этот же засранец ткнул мне как-то в то, что Хранители каждого мира — пара, мужчина и женщина. Мы с Анной после этого высказали теорию, если помните. Что вся суть символа стражей планеты в единстве, в единении душ тех, кто оберегает миры.
— Эй, Энди, — позвал я старика-эксогитатора, не отрывая взгляда от полных тьмы глаз Ренегата. — Скажи-ка мне, что ты думаешь насчёт пар Хранителей, встреченных мною на каждом из миров.
— Странно, что ты решил заговорить об этом прямо сейчас, — хрипло рассмеялся скелет. Парень с луком в руках не шелохнулся. — Но это старая загадка, известная ещё со времён создания бездны. Сами миры устроены так, что изначально оберегать их должны только мужчина и женщина. Другие варианты они просто не принимают… За исключением, конечно, смерти одного из Хранителей.
— Но Гео отказался от Анны, хотя сам её создал, — произнёс я вслух первый же факт, пришедший мне в голову. — Вот это сейчас не даёт мне покоя, если честно. Почему, блин, так.
— Мир отказался от Хранителя? — замялся Энди. Скрип костей выдал в нём задумчивость. — Но это невозможно. Нет ни одного случая в истории, чтобы сама планета решала, что назначенный ею однажды страж ныне не подходит для своей должности.
— Заткнись, — вдруг процедил парень, чей левый глаз задёргался, едва скелет переспросил меня. — Сейчас всё равно поздно что-либо понимать.
Лёгкий ветерок совсем рядом. Армагеддон тихо выругался, глядя на Анну, ступившую в своеобразный квадрат, образованный мной, Энди, Ренегатом и ею. Молодой парень пару мгновений сверлил женщину взглядом, но затем, на удивление как минимум троих присутствовавших на бывшем поле боя существ, перевёл его на меня.
— Я просила тебя не идти, Джон… — сказала бывшая Хранительница, не смотря мне в глаза. — Просила остаться там, где ты пришёл в себя… Ты не послушал. Мы люди взрослые, а потому принимай последствия.
Армагеддон взвыл, с ужасом взирая на нашу подругу. Искреннюю, порой слишком эмоциональную, в некоторых моментах откровенную. Она была старшей сестрой для Маны и Гены и близким другом для меня. Всегда даст совет, позаботится о делах, до которых у владык Рая и Ада не дошли руки. Классический Хранитель в привычном понимании. Но хороший, правильный даже Хранитель. Полная противоположность вашего скромного слуги, любившего хорошо выпить и грязно материться, пускай и в меру.
Такая простая вещь, честно сказанная Анной, едва я встретил её во время своего второго пришествия на Гео. «Я устала от мира, поэтому он отказался от меня».
— Касаемо Хранителей существует всего лишь одно правило, — сжав до скрипа зубы, протянул я. — Хранителем может стать только существо… Существо… С душой.
— Мне не хотелось, чтобы вы видели истинную природу вещей, — с лёгкой улыбкой сказала Анна, обращаясь ко всем нам. — Поэтому я смиренно приняла смерть от рук Судей.
— Хотя могла бы вырезать и легион, и пять, и Джона с остальными, — с неудовольствием во взгляде вздохнул Ренегат. — А потом править Гео, как пожелала бы. Но нет. Ты предпочла скрыться ото всех… От своих близких, от владык бездны, внимательно следивших за твоей «душой», привязанной к Джону… Верно, сестра?
— Ты солгала мне, — выпалил я. — Тогда… Я ведь сказал, что готов потерять душу, лишь бы спасти близких. Мир. Наш мир, твою мать!
— Анна… — обронил Армагеддон. Он до сих пор не мог принять очевидный факт.
