― Себастьян, поговори со мной!
Он вдохнул.
― Мне было ненавистно видеть тебя с этим придурком вчера. Как ты выдержала это?
Я побледнела от гнева в его голосе.
― Я привыкла к этому за долгие годы, ― сказала я быстро. ― Но становится тяжелее.
Я ощущала взгляд Себастьяна на себе, пока ехала.
― Извини, ― пробормотал он.
Настала моя очередь пожать плечами. Ему не нужно было извиняться, ― если это и была чья-то вина, то только моя. Я посмотрела на дорогу, чтобы сменить тему и разрядить напряжение между нами.
― Мне нужно купить полдюжины экземпляров «Сити Бит». Моя статья публикуется сегодня, ты и Чес будете в ней.
― Ох, да! Я не могу дождаться, чтобы увидеть ее! ― сказал он, звуча счастливее.
Я подъехала к магазину, и мы оба выпрыгнули из машины, обгоняя друг друга на пути к стенду с газетами и чувствуя беззаботность.
Я открыла газету, мое сердце билось с невероятным волнением. Мне не нужно было листать далеко, моя статья была на странице номер пять с огромной фотографией Себастьяна, Митча, Билла, Чеса и Фидо.
Я почувствовала резкую боль в сердце, когда посмотрела на фотографию Себастьяна. На фото его, выгоревшие на солнце, волосы были еще длинными, и он выглядел воплощением молодости и беззаботности. С того момента прошло несколько часов после того, как его отец грубо отрезал его волосы, и еще несколько часов перед тем, как мы переспали в первый раз. Но я чувствовала огромную гордость ― видеть, что моя статья была напечатана с моим именем под ней. Меня охватило первое настоящее чувство, что я достигла чего-то с тех пор, как получила степень в вечерней школе три года назад.
― Они неправильно написали твое имя, ― сказал Себастьян, нахмурившись.
Я быстро просмотрела статью.
― Где?
― Вот, ― сказал он, указывая на небольшой жирный шрифт под заголовком.
― Нет, все верно, ― сказала я, глядя на него немного озадаченно.
― Твое имя «Каролина»? Не «Кэролайн»?
― Каролина ― это по-итальянски, ― сказала я мягко, подчеркивая долгую гласную в середине. ― Дэвид и моя мать предпочитали англоязычную версию, но в моем свидетельстве о рождении записано ― Каролина Мария.
Я заметила, что губы Себастьяна напряженно сжались, а костяшки его пальцев побелели, когда он схватил газету сильнее.
― Почему ты так расстроен? ― спросила я, замявшись.
Себастьян сделал глубокий вдох.
― Этот ублюдок забрал у тебя все, ― прорычал он, ― даже твое имя!
Я вздохнула.
― На самом деле, это не правда, Себастьян. Я позволяла ему все это делать. Послушай, здесь неподходящее место для такого разговора ― дай мне просто купить газеты, и мы уйдем. Пожалуйста.
Себастьян ждал снаружи, пока я оплатила шесть экземпляров.
Когда я вышла с газетами под мышкой, он стоял, прислонившись к кирпичной стене, с закрытыми глазами. Я посмотрела на него с беспокойством.
Он открыл глаза и посмотрел на меня, вынужденно улыбнувшись.
― Давай отпразднуем твою первую статью, миссис Репортер!
Я улыбнулась в ответ, радуясь, что он попытался поднять свое настроение.
― У нас есть кое-что еще, чтобы отпраздновать. Дэвид уезжает на медицинский симпозиум. Он уезжает в пятницу вечером и не вернется до вечера воскресенья.
Огромная и искренняя улыбка расползлась на лице Себастьяна.
― Две ночи?
Я ничего не могла поделать и рассмеялась от его очевидного счастья.
Без предупреждения он притянул меня в свои объятия, прижав к груди. Свободной рукой я обняла его за шею и притянула его голову вниз. Его губы были теплыми и мягкими, а его поцелуй нежным и сладким. Затем я почувствовала, что его губы приоткрылись, и его язык проник в мой рот. Я задрожала от желания и могла ощущать его очевидное возбуждение сквозь джинсы.
Я попыталась вспомнить, что мы были на публике, и неохотно оттолкнула его от себя.
― Пойдем в мотель... как ты сказала.
Его голос был низким и хриплым, и он потирал рукой свои короткие волосы на затылке с очевидным разочарованием. Но прежде чем я смогла ответить, я услышала, как кто-то кричит его имя.
Я повернула голову и увидела, что Чес идет к нам, и мои щеки покраснели от стыда. Как много он успел увидеть?
― Привет, чувак! Как дела? Привет, миссис Уилсон.
Я попыталась улыбнуться.
― Привет, Чес. И, пожалуйста, зови меня Кэролайн. Мне жаль насчет вчерашнего, я надеюсь, что не смутила тебя.
Он слегка нахмурился, затем рассмеялся.
― Нет, ничего такого. Все в порядке.
Затем он повернулся к Себастьяну, на его лице был озадаченный взгляд. Его глаза перемещались между нами.
― Статью Кэролайн опубликовали, ― сказал Себастьян, указывая на груду газет под моей левой рукой.
― Я собиралась отправить их, ― сказала я, улыбаясь более естественно, ― но теперь вы оба здесь.
У меня был один экземпляр для Чеса и другой для Себастьяна.
― Изумительно! ― сказал Чес. ― Отец будет в восторге, когда увидит это.
― Я также купила газеты для Фидо и Билла. Ты можешь их передать им от меня? ― я отдала запасные экземпляры Чесу. ― Кстати говоря, как настоящее имя Фидо?
Чес рассмеялся.
― Арнольд. Но не используй его, потому что он не откликнется, и если он узнает, что я рассказал вам, он разобьет мне лицо.
Его внимание вернулось к Себастьяну.
