Наш душ был очень быстрым, и мои руки неохотно отпустили его. Мы одевались в тишине, боль от разлуки уже разрасталась.
Я посмотрела на кровать, где он так нежно занимался со мной любовью, простыни в шоколаде напоминали о беззаботной ночи.
― У них есть другие вкусы? ― спросил Себастьян, проследив мой взгляд.
― Я не знаю... вероятно. Может, мы должны провести исследование?
― Мне нравится арахисовое масло, ― сказал он задумчиво.
Я подняла бровь.
― С кусочками арахиса или без?
Он рассмеялся немного грустно и притянул меня в объятия.
― Я лучше пойду.
― Ты не хочешь завтрак? ― Я была удивлена.
― Ты не можешь рисковать и везти меня в парк сегодня ― половина соседей будет снаружи в своих дворах. Я выйду через заднюю дверь.
По крайней мере, один из нас думал ясно.
― Я увижу тебя позже? ― спросил он.
― Да, ― сказала я просто.
Он улыбнулся.
Мы спускались по лестнице в тишине.
На кухне я притянула его к себе, и мы жадно целовались, поглощая друг друга. Я держала его так долго, как могла, но слишком скоро настало время ему уходить. Он нежно поцеловал меня в лоб и затем прошмыгнул через кухонную дверь.
Я забыла напомнить, чтобы он зарядил свой телефон.
Чувствуя себя несчастной, я бросила простыни в шоколаде в стиральную машину и постелила чистое белье. Я убрала все улики, каждый след того, что в доме был кто-то еще, кроме меня ― бесхарактерной жены агрессивного человека.
Я испытывала отвращение к себе, и список причин был бесконечен.
Донна приехала вовремя. Конечно же.
― Доброе утро, Кэролайн. Как ты сегодня?
― В порядке, спасибо, Донна. Это твои сыновья?
Два привлекательных парня со скандинавской внешностью Йохана, на вид им было около двадцати лет, вышли из универсала Донны.
― Курт, Стефан ― Кэролайн Уилсон.
― Привет. Рада познакомиться с вами. Я слышала, вы вернулись из колледжа на летние каникулы?
Мы болтали, пока мальчики загружали в багажник Донны коробки с едой из моей кухни.
― Боже мой, ― сказала она. ― Здесь достаточно еды, чтобы накормить пять тысяч человек!
― Слишком много? ― спросила я беспокойно.
Она рассмеялась.
― Я уверена, что все это съедят. Выглядит великолепно.
Я взяла свой блокнот и камеру, засунула запасные пленки в карманы шорт, и мы отправились.
― Как думаешь, много людей будет там сегодня?
― Ох, ну, вероятно около пары тысяч ― в основном будут из медицинского центра Базы, но также несколько семей из морской пехоты. Петерсы будут там, и я думаю, что Ширли говорила, что мальчики взяли выходной, так что, думаю, они тоже будут... особенно если узнают, что ты там... с едой.
Я уставилась в окно, надеясь, что мои покрасневшие щеки не выдадут меня.
Я и не осознавала, что пикник такое большое событие. Конечно, если бы я не была так поглощена своими мыслями, я, возможно, была бы более осведомлена. Но с другой стороны, я никогда не прилагала усилий вникнуть в жизнь семей Базы, не имея семьи.
Я была на Харбор Бич всего один раз. Это была широкая, плоская площадка с мелким песком, идеальная для семей. Спасательские башни располагались по всей длине пляжа между причалами, где несколько серферов ловили волны. Детская площадка на песке была главной достопримечательностью для детей, и Донна сказала мне, что несколько детей постарше и их родители натянут волейбольную сетку.
На пляже уже толпилось много людей, военнослужащие выделялись за милю с их короткими стрижками и стрижками под «ежик». На парковке была веселая толпа с горой еды, которую переносили к барбекю.
Был прилив, и это было хорошо для тех, кто хотел поплавать. Но большинство людей, казалось, были увлечены игрой и едой.
Я видела игроков в волейбол, футбол, людей с фрисби, досками для серфинга и много-много детей с красочными воздушными змеями, некоторые из которых были в форме самолетов. Одна группа матерей организовала конкурс замков из песка для своих детей. Компания взрослых пехотинцев планировала чемпионат по поеданию пирогов. Я находила нечто мерзкое в том, как взрослый мужчина будет засовывать столько пирога в рот за короткий срок. Я не могла понять, почему кто-то хотел делать это. Казалось, что они просто переводят хорошую еду.
Несмотря на то, что алкоголь был запрещен на пляже, я видела, что несколько мужчин несли шесть ящиков. На самом деле, я знала, что вряд ли полицейские решатся выписать штраф военному. Я предполагала, что это было своего рода братством. Я потеряла счет количеству штрафов, которые Дэвид избежал из-за наклейки морского флота на стекле.
Я бы хотела чувствовать себя весело в такой день, но меня постигло уныние, хотя я знала, что позже увижу Себастьяна. Тем не менее, у меня была работа, которую нужно было сделать. Я вытащила фотоаппарат и начала делать снимки военных в игре. К своему удивлению я наслаждалась, когда ловила сцены веселья: игра в футбол, которая, казалось, была без правил, маленькие дети бегали за своими здоровыми отцами, дети бегали в купальниках, и вокруг было достаточно еды, чтобы накормить армию.
