Андрей, не дыша, вырисовывал легкие, густо увешанные листьями ветки берез, и уловил краем глаза что-то в левой стороне, рядом с дверью. Не сразу он сообразил, что следует оторваться от работы и повернуть голову. Какие-то секунды он внутренне колебался и никак не мог выбраться из захватившего его сильного вдохновения. Он ощущал довольно странную вещь: будто кто-то проводит четкую линию по его настрою работать, по всей воцарившейся в его душе и комнате атмосфере. А от линии оставался след, который размывал всю густоту березовой осени и сопутствующую ей разноликую фантазию.
– Васька? – как бы спрашивая, чтобы убедиться, не часть ли фантазии появившейся вдруг Василий.
– Ты совсем что ли не рад? Или я помешал?
Андрей изменился. Вася с большой нерадостью это заметил. Нечто чудаковатое появилось в его друге и, оно, кажется, могло серьезно помешать предстоящему разговору и дальнейшему общению вообще.
– Садись на кровать, – радостный, засуетился Андрей. Весь стол, два стула и подоконник были завалены предметами его творчества. Не тронутой оставалась кровать и потому, очень выручила Андрея.
Ему мама говорила, что Вася заходил. А он все никак не мог до него дойти. Он жил в состоянии, что вот сегодня вечером, завтра утром, после обеда обязательно пойду к другу. Но никак не мог вырваться из пагубного внутреннего настроя «завтра вечером и так далее». И потому, с радостью отстранившись от картины, а у него сегодня особенно хорошо получалось рисовать, весь засуетился возле Васи. Его эта искренняя радость казалась Васе предметом из мира других людей, которых он никогда в жизни и не видел вовсе. Не можно так выразительно, словно дурачок – Вася так и натыкался на это слово, тщательно стараясь его игнорировать – радоваться встрече, пусть бы и не виделись вы целый год и соскучились до одурения. В фильмах, исключительно только в них, Вася видел такие проявления эмоций, но там эти эмоции выказывали дядечки пред пенсионного возраста, такие до последней мысли и самого обыденного жеста руки интеллигенты. Как такая странность могла прицепиться к его другу, он не понимал. То есть сейчас он вообще мало, что понимал. Позже, разбирая минувший разговор, он придет к сим не утешительных для себя выводам.
– Да у тебя тут целая мастерская…
– Да! Я же тебе как-то показывал черно-белые рисунки, а сейчас решил заняться живописью всерьез.
Вася пытался вглядеться в незаконченную картину на холсте. Сейчас, кроме желтых пятен ему увиделись еще два – серое и голубое. Но это была живопись!..
– Я уже пятый раз начинаю ее писать. И, кажется, я уже набил руку. Получается как раз то, что я и вижу.
– Где видишь? – почему-то спросил Вася.
– Перед собой вижу. У меня перед глазами есть уже готовая картина. Мне ведь только остается перенести ее на холст.
– Андрюх… – и Вася растерялся. Что сказать ему было?.. Он ведь сейчас слышал для себя какие-то дикие вещи. А глядя на холст, так вообще терялся. Там, кроме ярких пятен он ничего не мог разглядеть.
– Как у тебя то дела? – спас Андрей ситуацию, – я же ведь номер телефона сменил и твой номер у меня, в общем, не сохранился.
– Да… хорошо я! Машину мы новую купили.
Медленно разговор наладился, но оба поначалу чувствовали неловкость. Андрей по большей степени от того, что позабыл о друге и теперь ощущал себя в том виноватым. Еще же сильная увлеченность работой над картиной мешала ему сейчас. Андрей смотрел на Васю совершенно странным взглядом, будто повторял про себя: «Вот он здесь сидит и с тобой разговаривает. И это самая настоящая правда. А это там у тебя всего лишь картина.» Но слабо получалось у Андрея перенастроить себе.
Вася же, идя к другу, всё выдумывал и теперь стеснялся своих фантазий. «Андрей просто увлекся картинами. Он занялся живописью. Вот человек дает!.. И уж не вспоминает он ее…»
До Насти их разговор так и не добрался. Скользя словами, Вася почему-то так и не решился заговорить о Насте. Андрей же, чувствуя, что начинает волноваться и нервничать старался вовсе сменить тему разговора. Так и беседовали, то вроде бы непринужденно и естественно, то юля и отвлекаясь на совсем неважные посторонние вещи. К примеру, Васе вдруг понадобилось спросить про крышу соседского гаража, которую он увидел в окно и, которая была ему совсем не интересна.
Вася вышел от Андрея, договорившись встретится с ним как-нибудь на днях на нейтральной территории. И они встретились недалеко от бывшей Андреевой квартиры в бильярдном клубе. Хорошо провели время. Но случилось тихое и непоправимое отдаление друзей друг от друга. За год, всего лишь за один год!.. и оба изменились, встали на разные ступени жизни. Теперь они стали хуже понимать друг друга, но пока еще им было о чем поговорить. Пока, да и только!..
