Вплыли в командный нексус – сферическую консервную банку с треснувшими стёклами. За ними – обломки «Железной Решимости». Аманда рухнула в кресло пилота. Магниты лязгнули. Крутила «Тарусты». Ледяные глаза сканировали Дмитрия.
– А ещё... – молодой человек уцепился за поручень, – Подарил корабль тому, кто поможет выбить зубы императору Мирту. Попал?
Резкий, горький хохот.
– Выбить зубы Рафаэлю? – Глоток. Долгий. – Ты всучил линейный крейсер, чтоб мы вырвали глотку. Попал. Но Мирт – рак. Для операции нужно не одно лезвие.
Пальцы взметнулись над голопанелью. Звёздная карта вспыхнула. Владычества Мирта пульсировали багровым.
– «Железная решимость» – клык. А вот это... – Ткнула в мерцающую точку в сердце алой зоны... – Горло. Сайлекс Прайм. Источник яда. Гнездо гадюки.
Отщёлкнула магниты сапог. Лёгким толчком поплыла к Дмитрию. Бутылка дрейфовала меж ними. Костяшками в шрамах, выхватила обратно. Близость. Тактическая. Враждебная. Запах вискаря, пота, едкой смазки.
– Знаешь, чем мы похожи, вольный торговец? – Шёпот – лезвие у горла: – Твоя мать сгинула в мирах Мирта. Мои братья сгорели с вельтрийскими беженцами. Месть... блюдо, что подадим вместе? А?
Лента Софи мелькнула перед глазами Дмитрия: Скрытый протокол **активен.** Торпедные отсеки – **боеготовность.** Цель: гравитонное ядро «Фронтира». Шанс удара: 78%.
-«Чёрт! Она опасней Тары...» – вздрогнул Дмитрий.
Бледные глаза Аманды не мигали. На мониторе захваченный дредноут вращался, орудия нацелены внутрь станции.
– Ну, отродье Харкансов? – Спиральная татуха напряглась, – Куда воткнём нож? В горло Мирту... или в сердце станции? Выбирай.
Воздух потрескивал статикой. Капли виски парили янтарными шариками. Дмитрий попытался достать складной стакан-кольцо. Невесомость сыграла злую шутку. Стакан вырвался, закружился.
Аманда наблюдала. Хищная неподвижность.
– Не освоил изящество нуля, лордик? – Голос – напильник по ржавчине.
Поймала стакан у бедра – жидкая кошачья грация – фыркнула.
– Тренировался в папином грави-садике?
Удар бутылки о стакан! «Тарусты» хлынула – жидкий янтарь завился спиралью в чашку. Ни капли мимо. Костяшки побелели на горлышке, сунула бутыль Дмитрию.
– Хватит любезностей. Видела казнь Вориана. Ты занимаешься холодным расчётом. Циничным. Как бухгалтер смерти.
Предупреждение Софи вновь вспыхнуло перед глазами Дмитрия: ТОРПЕДНЫЙ ОТСЕК: **ЗАБЛОКИРОВАН.** БОЕГОЛОВКИ **ЗАПРАВЛЕНЫ.** ЦЕЛЬ — ЯДРО "ФРОНТИРА". ОБРАТНЫЙ ОТСЧЁТ: **8 МИНУТ.**
Аманда оттолкнулась от консоли. Поплыла ближе. Запах виски, стали, дикой кожи.
– Ты всучил линейный крейсер, потому что тебе нужно чудовище против собственных монстров. – Глаза, бледные, как лунный лёд, впились. – Твой род полирует серебро между убийствами.
Наклонилась, голос – смертоносный шёпот: – Сбрось маски. Зачем дом Харкан сплавил мальчишку убивать императора?
Дмитрий поднял стакан. «Тарусты» обожгла горло – торфяной дым и горечь сожалений. Снаружи маячил Iron Resolve, орудия зияли жерлами внутрь станции.
– Потому что я стоял на Сайлексе, когда мать сгорела. – Голос резаный, ясный. – Знаю его гнилую сердцевину. Ты знаешь, драварский клинок. Я знаю дворцовые шёпоты. Между нами? – Взгляд – сброшенные маски. – Не жажду трон. Хочу расколотить его. В щепу.
Губы Аманды дрогнули. Не улыбка. Надлом. Схватила стакан юноши, допит остатки. Вытерла рот тыльной стороной руки.
– Хаос? – Усмешка – хруст костей. – Хаос – простота. Ты жаждешь огня и платы. Кровавой.
6 МИНУТ ДО УДАРА.
Рука девушки – молния! Впилась в запястье Дмитрия. Железная хватка. Мозоли царапали кожу. Большой палец втёрся в точку пульса, будто вырывая жизнь. – Докажи.
– Как? – подавив ком в горле, спросил Дмитрий.
Рука Харон – врезалась в пульт! Визг! Биометрические замки разорваны! На голоэкране распахнулись двери торпедного отсека. Рои прицельных сеток! Сомкнулись! На гравитонное ядро «Фронтира»! Пульсирующее. Голое. Смерть тысяч.
– Отдай приказ! – шёпот жгло ухо. – Взорви ядро! Отправь станцию в Пояс! Убей Тару! Софи! Их всех! Потом — Сайлекс! Глаза светились – безумие и ледяной вызов, – Вот огонь, Харканс. Цена моей преданности. Заплати.
Тишина сгустилась, как дёготь. Бутылка забыто дрейфовала. Обратный отсчёт: 4 МИНУТЫ Холодная волна паники сжала горло, подкатив ледяной ком к желудку. Сердце колотилось как бешеное, вышибая воздух. Кровь гудела в висках.
-«Она сделает это...» – ледяная игла впилась в мозг Дмитрия. Мускулы спины напряглись до хруста. Пальцы впились в ладони. Адреналин взорвался белым светом! Рука дёрнулась сама – рефлекс, отточенный годами. Плазменный пистолет вырвался из кобуры! Багровый луч прицела щёлкнул, замер в сантиметре от переносицы Аманды.
Харон замерла. Дыхание – резкий вдох, застрявший. Зрачки – чёрные бездны. Страх. Сырой, звериный. Бутылка уплыла.
– Вторая казнь заманчива, – голос Дмитрия – низкий рык, палец на спуске. – Но войны выигрывают флоты. С живыми адмиралами.
3 МИНУТЫ. ГРАВИТОННЫЕ ПОЛЯ **СКАЧУТ.**
