Когда же Ретт вошёл в квартиру, мысли о Гарднере почти полностью выветрились у него из головы. Артур сидел в кабинете, с ногами забравшись в кресло, и смотрел что-то на ноутбуке. Экрана от входа видно не было, но уже по лицу Артура Ретт понял, что он видит что-то страшное. Что-то, что могло соперничать с его прежними кошмарами о Карлайле — такими бледными были его щёки и покрасневшими глаза.
— Артур, — позвал Ретт, разуваясь и проходя в кабинет. Артур не обернулся. Он не отреагировал вообще никак, и это заставило неприятную стаю мурашек пробежать по спине Ретта.
Ретт медленно подошёл вплотную и положил руки ему на плечи. Артур вздрогнул, но продолжал смотреть перед собой.
Тогда Ретт тоже взглянул на экран и сразу же отвернулся. Не глядя протянул руку и остановил кадр — на экране всё ещё была та запись, которая едва не положила их отношениям конец.
— Артур, что ты делаешь? — спросил Ретт тихо, хотя в груди уже начинала клокотать ярость. Он мог бы подумать, что Артуру нравится смотреть этот пошлый фильм, если бы не выражение ужаса, намертво приклеившееся к лицу юноши.
— Посмотри адрес, — ответил Артур так же тихо.
Смысл слов дошёл до Ретта не сразу. Потом пальцы Артура кликнули по кнопке, сворачивая изображение, и Ретт увидел перед собой сайт какого-то жёлтого издания.
«Наследник дома Эссексов нашёл нового покупателя» гласил заголовок.
Ретт бросил взгляд на адресную строку, в надежде, что это фейк, но это в самом деле был сайт электронного СМИ.
Он дёрнул Артура вверх, роняя кресло, и прижал к груди.
— Хватит, — сказал Ретт твёрдо.
Артур не шелохнулся.
— Артур, ты слышишь, хватит! — Ретт с силой тряхнул юношу, и тот перевёл на него бессмысленный взгляд.
— Ретт… кто я?
Ретт смотрел на него всего секунду.
— Ты тот, кого я люблю больше жизни.
— Нет… Ретт. Ты говоришь о себе. Кто — я?
— Ты мой партнёр.
Артур медленно покачал головой, и на губах его заиграла какая-то болезненная улыбка.
— Я — твоя брошенная шлюха. Так там пишут.
— О боже, Артур! — Ретт встряхнул его ещё раз. — Хочешь знать, что пишут про меня?
— Нет, — всё так же грустно покачал головой. — Не хочу. Потому что вряд ли половина галактики видела, как дерут твой голый зад.
Ретт шумно выдохнул. Он попытался снова прижать Артура к себе, но тот оставался мягким, как набитая ватой игрушка.
— Что ещё ты сделаешь со мной? — спросил Артур медленно, продолжая безумно улыбаться.
— Ничего, — ответил Ретт тихо. — Только то, что ты сам захочешь, — он помолчал. — Ты же не думаешь, что я мог отдать кому-то… запись.
Ретт резко замолк, поняв, что в самом деле мог. Артур этого не знал, и ещё не поздно было соврать… Впрочем, врать давно уже было поздно. Артур видел его насквозь.
— Ты уничтожил меня, Ретт, — сказал Артур тихо и равнодушно. — Ты. Твои друзья. Твои враги. Ничего не осталось от Артура Эссекса, которым я был.
Ретт стиснул зубы. Он сам не заметил, как разжал руки, отпуская Артура — держать его, не получая совсем никакого отклика, было противно, будто он держал в руках мертвеца.
Ретт судорожно искал, что может сказать, чтобы переломить ситуацию, но слов не было. Он мог бы сделать так, как поступал обычно — схватить Артура, швырнуть на кровать и заставить забыть обо всём… Но от одной мысли о том, что он будет иметь его безвольного и равнодушного, к горлу подступала тошнота.
— Поговорим утром, хорошо? — предложил Ретт. — Иди спать.
Время было детское, но Артур спорить не стал. Он молча поплёлся в спальню, а Ретт лишь проводил его тяжёлым взглядом. Затем повернулся к монитору и снова развернул браузер. Выделил видео и задал поиск по нему.
Через пять секунд на экране был список из двух с половиной сотен сайтов.
В груди тянуло, будто под рёбрами застрял кусок свинца. Артуру было больно от того, что его увидели таким. Вряд ли его интересовало сейчас, каково Ретту.
Ретт достал мобильный и, набрав номер Танаки, коротко изложил суть ситуации.
— Я попробую, — сказал Танака неуверенно в ответ на его просьбу вычистить эту заразу из сети. И снова оба они знали, что проще посадить истребитель на главной площади столицы Эрхана, чем выполнить то, что на самом деле было нужно сейчас. «Зараза» расползалась стремительно. Слишком многих интересовало, кто с кем спит, и тем более, как это выглядит.
Ретт открыл окно, достал из ящика стола портсигар и закурил — впервые за десять лет.
Ночной город мерцал огнями вдалеке. Город жил своей жизнью — бешеной и бесконечной.
Только выкурив третью сигарету, Ретт выплюнул окурок за окно и так же медленно, как недавно Артур, поплёлся в спальню.
Когда первый шок прошёл, Артур попытался осознать произошедшее и то, как именно это могло случиться.
Как запись могла попасть в сеть, он не знал, и от попыток понять это начинала болеть голова.
Зато после того, как осознал тот факт, что теперь он ещё и порноактёр, Артур начал стремительно остывать, потому что в голову ему пришло, что должен был подумать об этом Ретт.
