Мартин встал, стремительно уходя с линии взгляда Дугласа, и скрылся в душе. Несколько секунд Ретт молча сидел, размышляя, что делать дальше. Вечер мог бы быть вполне неплох, если бы… Теперь же здесь, в чужой квартире, было ещё более тоскливо, чем в своём собственном пустом офисе.
Ретт взял со стола салфетки, вытерся. Отправил их в мусорное ведро вместе с презервативом и быстро оделся.
— Уже? — спросил показавшийся из душа Мартин. — Даже не хочешь перекусить?
Улыбки на лице его не было, и Ретт не понял, как следует трактовать его слова.
— Тебя отвезти? — продолжил Карлос, видя, что Ретт не желает развивать эту тему.
— Нет. Спасибо.
Мартин хотел задать ещё какой-то вопрос, но промолчал.
Ретт подошёл. Вначале он хотел осторожно поцеловать Мартина в лоб — таким потерянным и юным тот выглядел сейчас. Потом напомнил себе, что перед ним человек из совета директоров и просто протянул руку. Мартин пожал её и помог Дугласу открыть дверь.
В машине всё было таким же чужим и постылым.
— К морю, — попросил Ретт, и аэромобиль поднялся в воздух.
На берегу они были через несколько минут, но выходить Ретту не хотелось. Он так и сидел на заднем сидении, глядя на холодные волны зимнего океана, бьющие о берег, пока не уснул.
В Англии шёл снег — белый-белый и пушистый, как пуховая перина.
Выйдя из аэромобиля, Артур долго стоял, запрокинув голову назад и ощущая, как большие влажные хлопья оседают на его щеках.
Стояла тишина, такая оглушительная, будто человечество вымерло, и во всём мире остались только он и снег.
Где-то далеко шелестели волны, медленно накатывавшие на берег.
Артур улыбнулся тишине, открыл глаза и пошёл в сторону больницы.
Коридоры были пусты, как и всегда. Он вспомнил ненависть Ретта к подобным местам, но быстро отогнал от себя непрошенную мысль и заставил себя успокоиться снова.
У самых дверей палаты замешкался на секунду, восстанавливая в памяти образ Люси и, улыбнувшись, вошёл внутрь.
Артур замер и помотал головой, пытаясь отогнать наваждение.
— Люси… — тихо позвал он, не зная, хочет ли разрушать момент.
Люси стояла. В белом платье в пол, с лиловой шалью на плечах, она походила на героиню старинного романа. Но эта была лишь часть картины, потому что Люси стояла не совсем сама. Стоя у неё за спиной и чуть придерживая её одной рукой за плечо, а другой за талию, позади нее стоял мужчина в белом халате, с копной светлых волос и аккуратной бородкой того же цвета. Впрочем, на пациента и врача они походили мало — это Артур понял сразу по повороту её головы, будто девушка тянулась к губам своего спутника за поцелуем.
Люси дёрнулась, услышав голос брата, и возможно упала бы, если бы руки мужчины не удержали её на месте.
— Артур… — глаза её на секунду расширились, а затем она явно успокоилась. — Артур, это доктор Саммерс, руководитель реабилитационной программы.
Артур прокашлялся.
— Я понял. Очень приятно, мистер Саммерс, — он протянул руку и, покосившись на сестру, обжёг её обвиняющим взглядом. — Мисс Эссекс много говорила мне о вас.
Саммерс тоже покосился на Люси с интересом, помог ей сесть и только потом пожал руку Артура.
— О вас тоже, мистер Эссекс.
Двое мужчин изучающе уставились друг на друга.
— Я вас оставлю, — сказал Саммерс наконец.
— Благодарю.
Он вышел, и только когда дверь закрылась, Артур посмотрел на сестру. В глазах Люси мельтешили шальные искорки.
— Руководитель реабилитационной программы? — передразнил он. — Мистер Саммерс.
— Джон Роналд Саммерс, — уточнила она и, не сдержавшись, улыбнулась.
Артур покачал головой.
— Я надеялся узнать об этом от тебя. Я же вроде как… — он хмыкнул, — глава семьи.
— А не о чем пока узнавать, — легко ответила Люси и попыталась встать. Артур рванулся, чтобы поддержать её, но она остановила его, подняв руку, и сама, придерживаясь рукой за стену, подошла к окну. — Джон Роналд Саммерс действительно руководитель реабилитационной программы. Вообще-то он хирург и главный врач, но кто-то, — она бросила на Артура хитрый взгляд, — заплатил за операцию и сопровождающие услуги столько, что мне выделили в качестве инструктора его.
Артур хмыкнул.
— Я не думаю, что дело в деньгах. Судя по тому, как он на тебя смотрел — он выделил себя сам.
Щёки Люси порозовели, а Артур между тем ощутил укол боли в груди — Люси, похоже, продолжала считать, что за операцию заплатил он, но Артур-то знал, кому на самом деле она обязана своим нынешним счастьем. Кому он сам обязан счастьем видеть её такой…
— Ну… — сказал он задумчиво, — я полагаю, ты куда больше хотела бы провести рождество с ним.
Люси метнула на него встревоженный взгляд.
— Я этого не говорила. Ты можешь остаться с нами.
— Перестань, — Артур усмехнулся. — Я найду, с кем провести время.
Люси покачала головой.
— Артур, это семейный праздник. Ты не представляешь, как мне было приятно и в прошлом году, и в этом, что ты всё же прилетал ко мне, вместо того, чтобы…
Она поймала полный боли взгляд и осеклась.
— Ты ведь не из-за меня прилетел.
— Я всегда рад тебя видеть, — попытался увильнуть он.
