Ретт повернулся к нему. Желание ударить было таким сильным, что зудела рука.
— Что ты несёшь?
— Это хорошая цена, правда. Наверное, я должен гордиться…
Ретт закрыл глаза и заставил себя глубоко вдохнуть.
— Артур, теперь я не хочу говорить.
Он молча достал внезапно обнаружившийся в кармане ключ и открыл дверь.
Артур на какое-то время замолчал. Когда дверь уже закрылась за спиной, он снова заговорил?
— А он?
— Кто он? — Ретт обернулся.
— Мистер Карлос Мартин. Он дороже мистера Эссекса? Костюм у него получше, чем был у меня, или это ты купил?
Ретт подошёл к Артуру вплотную и, чуть приподняв за воротник, встряхнул.
— Артур, уймись. Тебе плохо. Я понимаю. Но…
— Понимаешь? — перебил его Артур и улыбнулся незнакомой злой улыбкой. — Да если бы ты когда-нибудь понял, то уже убил бы меня. Если бы почувствовал то, что я чувствую сейчас. Скажи Ретт, ты с ним уже спишь?
Пальцы Ретта разжались.
— Значит, спишь… вина так и хлещет.
— Один раз, — сказал Ретт твёрдо, и лицо Артура дёрнулось как от удара. Он отступил на шаг назад.
— Ждал меня…. — Артур обхватил себя руками. Секунду стоял ссутулившись, а потом внезапно расхохотался. — Боже, Ретт… И во сколько тебе это вышло? — спросил он, когда внезапный приступ смеха так же резко оборвался.
Губы Ретта дёрнулись.
— Думаешь, со мной можно только за деньги?
Артур покачал головой, и на миг в его глазах промелькнуло что-то родное и пронзительно грустное, от чего Ретту захотелось оборвать этот фарс и просто прижать его к груди. Он уже собирался сделать это, но Артур ударил его по запястьям и выставил перед собой локти.
— Нет, Ретт. Прости. Не могу после него. В нашем контракте прописаны правила гигиены?
— Артур! — Ретт снова протянул руки, но теперь уже только для того, чтобы тряхнуть Артура за плечи. — Что за бред ты сегодня несёшь? Ты расстроен из-за дома? Я могу понять. Но не приплетай сюда Мартина.
— Из-за дома… — медленно произнёс Артур и в глазах его промелькнула боль. — Так ты знал…
Ретт молчал.
— Знал и ничего не сказал мне. Слишком дорого, чтобы…
Артур замолк, когда щёку обожгла боль. Ретт бил раскрытой ладонью, не на поражение. Но всё равно в этом ударе чувствовалась вся его злость.
— Как ты смеешь после всего, что между нами было… — глаза Дугласа горели такой холодной злобой, что Артуру с трудом удавалось переносить его взгляд.
— А что было между нами, а, мистер Дуглас? Я, кажется, неплохо отрабатывал контракт.
Ретт занёс руку для нового удара, но Артур увернулся и вдруг оказался чуть сбоку.
— Ненавижу тебя, Ретт. Ненавижу тебя за всё.
Он так же быстро скользнул за дверь, а Ретт остался стоять неподвижно, пытаясь справиться с ледяными потоками ярости, хлещущими наружу.
Звонок телефона разорвал тишину через несколько минут. В трубке был голос начальника охраны.
— Мистер Дуглас… Мистер Эссекс хочет…
— Пусть идёт, — перебил его Ретт. — Пусть катится куда хочет и не возвращается.
Молчание.
— А что делать нам, мистер Дуглас?
— Ничего. Охрану не снимать.
Музыка гремела так, что Артуру казалось, будто он уже оглох. Дым стоял плотной пеленой, застилая глаза.
Артур не был в подобных местах много лет. Последний раз он посещал клуб ещё с МакГрегором и Карлайлом — теперь та жизнь казалась сном. Ни одного, ни другого рядом не было. Всё вокруг теперь воспринималось иначе. Артур смутно вспоминал бестолковую болтовню и присвистывания в след проходящим мимо девчонкам. Он не помнил, что чувствовал тогда, но сейчас они казались ему абсолютно… несъедобными. Другое слово подобрать было трудно. Он мог смотреть на мужчин пытаясь понять, насколько они отличаются от того единственного, которого он успел по-настоящему распробовать, но девушки казались чем-то абсолютно чужим.
То и дело с ним пытались заговорить. Артур не сразу понял, что умудрился приехать сюда в деловом костюме и теперь светил им как аппарат для печатанья денег, стоящий на перекрёстке. Цеплялись в основном те, кто рассчитывал что-то получить, и от их смазливых рож Артура попросту выворачивало наизнанку. Он вообще не планировал на вечер ничего. Хотел просто побыть один там, где не будет чувствовать себя вороной на снегу.
И когда очередной мальчишка в узкой маечке притёрся к нему бедром, Артур потянул его на себя.
— Хочешь заработать? — прокричал он в ухо тому.
Мальчик изогнул шею так, чтобы Артур одновременно видел этот ласкающий взгляд изгиб и его похотливую улыбку.
— А то.
Артур снова наклонился к его уху и объяснил, чего хочет.
Мальчик поднял бровь, и выражение его лица заметно изменилось.
— Сколько? — спросил он.
— Пятьсот.
Мальчишка пожал плечами и потянул его к выходу. Оба быстро разделись. Артур бросил ему в руки костюм, оставив себе лишь бумажник, телефоны и ремень. Затем отобрал у парнишки узкие джинсы и такую же майку. Натянул всё это на себя и вложил в руку мальчишки купюру.
