Я так растерялась, что даже осмелилась поднять голову и посмотреть на склонившегося надо мной мужчину. От кого это он слышал бо мне? Сомневаюсь, что в столичном суде лежит открытое дело на меня. Наверняка от Ванессы, а эта куколка явно могла много чего насочинять, в ее фантазии я не сомневаюсь. Но чтобы просто так меня выгонять? У меня нормальная успеваемость, а то что уживаюсь мало с кем, так это бывает, для меня специально Крис нашли, этой девчонке вообще на все фиолетово, хоть ткеши у нее на голове шабаш устроят.
- Я больше не буду! - в панике вскрикнула я, смотря на задумчивое лицо ректора. Он потер пальцами переносицу и поднялся из-за стола. Подошел ближе, сам снял руки инстигатора с моих плеч и произнёс:
- Мисс Руд, отправляйтесь в свою комнату, пожалуйста. У нас с лордом Алазаром состоится приватный разговор.
- Если на нем будут решать мою судьбу - я пожалуй тут посижу! - возразила я и на всякий случай вцепилась в подлокотники. У меня кроме этой академии больше ничего нет. Мне нужно образование, чтобы я смогла найти работу и вернуть мамины магазины, я должна продолжить дело ее жизни. Ведь если меня выгонят, то куда мне идти? Возвращаться к тетке и выходить замуж? Или сразу в бордель?
- Ступайте, мисс Руд! - ректор попытался отодрать меня от кресла, но я вцепилась не хуже, чем до этого меня держал инстигатор. Лорд Алазар несколько минут молча наблюдал за сражением ректора со студенткой, а потом громко объявил:
- Я настаиваю на том, чтобы Эстель Руд исключили из академии Розенштант.
- А я настаиваю на том, чтобы нет! - возмутилась я и все-таки подскочила с места, отпрыгивая к ректорскому столу. - Я хорошо учусь. Не на золотую медаль, но у меня средняя успеваемость по группе!
- Учеба не единственный показатель, мисс Руд, - хищно прищурился Алазар, и напомнил мне тигра перед броском, особого колорита добавляли черные вертикальные полосочки зрачков. - Вы показываете феноменальные успехи в отсутствии дисциплины и воспитания.
- О каком воспитании мы говорим? - воскликнула я. - Вы только что силой притащили меня в этот кабинет, а теперь настаиваете на моем исключении просто за… да за что? За то, что я шла в библиотеку?
- Понятия не имею куда вы шли, - пожал плечами маркиз, смотря на меня полным безразличия взглядом. - Возможно, собирались сбежать, а, может, задумывали очередную пакость.
- Мне некуда бежать и…
- Тихо! - гаркнул ректор.
Чего они все кричат сегодня?! Они что, родственники? Или это сговор против моих барабанных перепонок?
- Мисс Руд, в комнату, живо! Я вызову вас позже и выслушаю! А если станете перечить, я действительно вас исключу!
Пришлось сцепить зубы и выскочить за дверь, на прощание наградив ухмыляющегося инстигатора ненавидящим взглядом. Надеюсь, это была наша первая и последняя встреча. Я теперь даже на его фото в газетах смотреть спокойно не смогу. И детективные романы читать брошу.
7
- Что произошло, Ал? - убедившись, что девчонка не подслушивает под дверью, дядюшка Вернон вернулся к столу и опустился на свое место. Я обогнул кресло, за которым все время стоял и плюхнулся в него. Неожиданно уловил легкий аромат жасмина, который взметнулся вокруг меня, но почти сразу испарился.
- Чего ты прицепился к сиротке? - выдернул меня из мыслей голос дяди.
- Сиротке? - переспросил нахмурившись. Обычно таким словом характеризуют кого-то маленького, несчастного и нуждающегося. Рыжуха под это описание явно не подходила. Когда она подскочила с места, мне показалось, что напротив стоит дикая кошка, которая вот-вот кинется мне прямо в лицо, намереваясь выцарапать глаза.
- Да, - подтвердил Вернон, не догадываясь о моих мыслях. - Эстель поступила на льготных условиях, приемную комиссию разжалобила ее история и девчонку приняли.
- Как странно, - я постучал пальцами по деревянному подлокотнику, затем мотнул головой, выкидывая из мыслей медовые глаза. - Впрочем, я хочу, чтобы ты назначил ей большее наказание, а всех, кого она подставила, отпустил.
- Исключено, - безапелляционно заявил ректор. - Студенткам стоит усвоить урок. Посидят пару дней по комнатам, ничего с ними не случится. Зато в следующий раз будут думать как себя вести.
Я цокнул языком, понимая, что просто договориться не получится. Несколько минут размышлял о том, стоит ли мне раскрыть личность своей невесты или пока еще рано. В итоге пришел к выводу, что все равно стоит избавиться от рыжей заразы, а потому сказал:
- Исключи ее из академии.
- Да что же она тебе сделала? - опешил ректор. Он пошарил глазами по раскиданным на столе бумагам, а потом вдруг спохватился: - А не она ли твоя невеста?
Это предположение было таким диким, что я замер, ошарашенно глядя на родственника. А он продолжал изображать из себя следователя, напавшего на след преступника:
