Ранним утром 19 августа выставленные на дорогах дозоры спешно возвратились в Сычевку и доложили о приближении к городу с юго-западной стороны французского отряда. Собранные ополченцы под командованием Нахимова и Богуславского заняли оборону. К городу неспешно приближалось облако пыли, поднимаемое французской кавалерией. Не въезжая в город, отряд остановился. Еще мгновение - и на солнце сверкнула холодная сталь сабель. Раздалось гиканье, и отряд французских улан лавиной ворвался в город по Большой Вельской улице (ныне улица К. Маркса). Со стороны ополченцев грянул ружейный залп. Несколько улан упали. Падали раненые лошади, выбрасывая из седел и подминая под себя ездоков, а в ход уже шли пики, топоры и простые дубины. Разгорелась жаркая схватка. Николай Матвеевич верхом на коне был в первых рядах, постоянно подбадривая защитников города. Не выдержав напора ополченцев и неся большие потери, уланы отступили. В последующие два дня французы безуспешно пытались овладеть городом. Правильная организация городского ополчения (а оно делилось на две сотни и четыре полусотни, которыми командовали «сотенные» и «пятидесятники»), стойкость и мужество сычевлян принесли желаемый результат: враг в город не вступил, «...разрушений и погромов не чинил».
Сычевский уезд, оставаясь в стороне от наступления главных сил противника, оказался в прифронтовой полосе, именно там, откуда неприятель надеялся пополнять свой провиант, фураж, а в последующем и теплые вещи. Сычевскую округу требовалось защищать, и в роли инициаторов и руководителей выступили предводитель сычевского дворянства Николай Нахимов, исправник Евстафий Богуславский и сычевский городничий Павел Карженковский. Общее руководство взял на себя Николай Матвеевич. Непосредственно боевыми действиями руководил исправник Евстафий Богуславский. На территории Сычевского уезда была создана самая большая в Смоленской губернии организация крестьян и городского населения для борьбы с врагом.
В рапорте главнокомандующему русской армией М.И. Кутузову от 3 сентября 1812 года Николай Матвеевич Нахимов писал, что «...неприятель, проходя Вяземскую округу, входил разными отделениями и в Сычевскую, делая убийства, грабительства, сжигал домы господские и селения крестьяне скот, лошадей и все имущество забирал с собой. Даже храмы божий не оставались без ограбления». И далее: «По приближению неприятеля, по предписанию моему, были вооружены в каждом селении крестьяне пиками, учередя по очереди из оных конные разъезды, которые услыша, или заметя о неприятеле, должны немедля давать знать г. исправнику и в ближайшие селения, и чтобы из селений вооруженные крестьяне по первому извещению немедленно явились к назначенному месту» (5).
Не умаляя заслуг простого народа, а восхищаясь его мужеством, Нахимов писал, что крестьяне «не только с стремлением стекались, вооруженные пиками, но даже косами и кольями, и по команде исправника, не страшась пуль и штыков, окружа, бросались на неприятеля, поражали их, в плен брали и рассеивали» (6). Далее Нахимов пишет, что и он «...выезжал против больших партий неприятельских с исправником для распоряжения и поощрения крестьян», но, являясь человеком нетщеславным, честным и справедливым, Николай Матвеевич подчеркивает, что «по большей части один исправник присутствовал, распоряжал и поощрял крестьян». «Крестьяне, - писал М.И. Кутузов, - из прилегающих к театру войны деревень наносят неприятелю величайший вред... Они в множестве убивают неприятелей, а взятых в плен доставляют к армии» (7). История сохранила несколько документов, написанных Н.М. Нахимовым, о деятельности сычевских партизан. В одном из них - рапорте сенатору Каверину от 4 ноября 1812 года - он сообщает, что в период с 19 августа по 25 октября сычевские крестьяне убили 1760 и взяли в плен 1009 французских офицеров и солдат, сами крестьяне потеряли в схватках с неприятелем 97 человек убитыми и 224 ранеными (8).
Но не только с французской армией пришлось воевать партизанским отрядам под управлением Н. Нахимова, Е. Богуславского и других. Были случаи мародерства со стороны жителей уезда, а порой и предательства, когда французам указывались спрятанные запасы продовольствия и имущества. В таких случаях от власти требовалось особенное проявление принципиальности и требовательности в наведении порядка. «...Многие крестьяне начинали выходить из повиновения своего начальства, но как я и исправник не отлучались от своих постов, а по большей, части находились в округе, то при начале еще возмущения старались пресечь, и тому округа находится во всем порядке и тишине», - писал Николай Матвеевич в рапорте сенатору Каверину (9).
