Но теперь, осознав, что самый большой враг его жизни до сих пор жив, парень потерял контроль над собой. Не в силах устоять на ногах, Никодим опускается на пыльную кровать, хватает ртом воздух. Даже в свете свечи видно, какой он белый, как встали волосы у него на голове.
— Тихо, — шепчет он. — Тихо. Слышите?
Мы все вместе прислушиваемся. Ветер завывает на улице.
— Пойдём отсюда, — говорю.
— Я только за, — соглашается Светозара.
Мы вылезаем на поверхность, где Никодим принимается оглядываться в поисках невидимого врага. Весь путь обратно в центр города он то и дело оборачивается, будто ожидая слежки. Будто человек, которого он так сильно боится, окажется у него за спиной.
— Как ты вообще там оказался? — спрашивает Светозара.
— Я не хочу сейчас об этом говорить, — отвечает Никодим с отсутствующим видом. — Мне надо всё обдумать.
— Ладно.
Когда мы доходим до таверны, где до сих пор гуляют моряки, я останавливаю бледного парня и заставляю его посмотреть мне в глаза.
— Послушай. Ты больше не жертва, ты теперь хищник. Я тебе обещаю, мы найдём этого типа и надаём ему по горбу. Идёт?
— Ладно.
— Согласен?
— Согласен.
— Молодец. Помни, твои проблемы — теперь и наши проблемы. Ты не один, у тебя всегда есть на кого положиться. А теперь улыбнись. Мы со Светозарой хотим увидеть нашего старого доброго забияку, который отказался поклониться Фоме Сивовичу. Парня со стальным стержнем вместо позвоночника.
Глубоко вздохнув, Никодим чуть-чуть улыбнулся.
— Так держать!
Мы обязательно найдём этого таинственного мучителя, если он ещё не сдох своей смертью. Но сейчас у нас другая задача.
Втроём мы направляемся в таверну, чтобы узнать, можно ли у них где-нибудь поспать. Таких мест не нашлось, поэтому ночевать пришлось в сарае одного из дворов на западном берегу без спроса хозяев. Неудобно, зато не на ветру.
Наше путешествие в город проходит не совсем так, как мы рассчитывали, но в целом ничего не изменилось. На завтра у нас назначена очень важная встреча с безумцем. И мы постараемся, чтобы она ему совсем не понравилась.
Ранним утром, настолько ранним, что даже солнце не успело встать, мы просыпаемся и двигаемся к крепости.
Даже не уверен, можно ли это назвать утром — скорее концом ночи.
Разум подсказывает, что стража детинца, которая круглосуточно ведёт дозор на стенах, уменьшит свою бдительность и не будет обращать слишком уж много внимания на происходящее. Предрассветный час — лучшее время для трёх простых гуляк проникнуть в княжеские покои незамеченными.
В целом так и получилось.
Мы двигаемся почти в полной темноте, даже друг друга не видим. Ориентируемся скорее по звёздам, чем по земле. Стараемся как можно меньше шуметь, поскольку слух — единственное средство защиты детинца у караульных.
— За мной, — шепчу друзьям. — Туда.
Я иду первым, Никодим со Светозарой держатся за мою одежду, чтобы не потеряться в ночи. Мы с девушкой предлагали парню остаться в городе, поскольку он вчера пережил слишком сильное потрясение, связанное с прошлым. Но он наотрез отказался остаться в одиночестве хоть на мгновение. Сказал, что нам без него не обойтись, и это правда.
Некоторое время мы взбираемся на земляной вал. Деревянные стены крепости стоят на тяжёлом каменном фундаменте, поэтому резать придётся ещё и его.
Приказываю Веде превратиться в длинный меч и аккуратными взмахами разрезаю стену перед собой. Если наколоть слишком крупные куски, они начнут катиться вниз и создадут слишком много шума. Вместо этого мы аккуратно отделяем камешек за камешком и складываем их в сторону. Сначала фундамент, а потом то же самое с частями дубовых брёвен. В ночи трудно ориентироваться, поэтому всё приходится делать наощупь.
Духовный клинок оставляет на камне и дереве очень гладкие срезы. Сразу понятно, что он не крошит, а именно режет.
Вскоре проход в стене оказывается достаточно большим, чтобы забраться внутрь.
— Аккуратно, — говорю. — Не порежьтесь.
— Я всё, — отвечает Светозара.
— Никодим?
Парень не отвечает.
— Никодим.
— Что?
— Почему молчишь?
— Да так, задумался…
— Соберись. Нам сейчас нужна твоя сила, так что полезай внутрь и осмотрись.
В детинец мы забираемся со стороны палат Новгородского князя. Мы оказываемся внутри крепости и сразу же за небольшой дорожкой стоят огромные хоромы, где располагается не только безумец, но и вся его дружина черномасочных уродов. Мало того, что он находится в окружении многочисленной охраны, преданной ему до гроба, так ещё и не знаем, где именно находятся его покои, чтобы забраться в них.
Никто из нас даже не представляет, как он выглядит.
Веда когда-то видела безумца издали, но не сможет его опознать, тем более, за два десятка лет он мог неплохо состариться.
