– Вы, дана, вообще как смерть бледная. – Джованна уже поняла, что может себе позволить достаточно многое, и даже слегка ворчала на девушку. – Уж прислушайтесь к доброму совету, коли вы такая к людям выйдете, от вас и лошади шарахнутся.
– Добрая ты душа, – фыркнула Адриенна.
Она не злилась. Чего уж тут? Бывает…
Правда, то, что получилось в результате, выглядело так, что девушки переглянулись – и смыли всю косметику. И без нее-то немочь бледная и жуткая, а с косметикой и вовсе кошмар кошмарный.
Черное платье Адриенна не надела. Очень хотелось, но нельзя. Пришлось надеть светло-розовое, в нем девушка хоть и походила на призрак, но теплый цвет чуточку освежал похудевшее лицо, да и в волосы можно цветы вплести…
– Вот так. Только губки чуточку подкрасим, чтобы их на лице видно было. И хорошо будет.
Адриенна возражать не стала.
Губы у нее действительно тонкие и бледные. Никакого соблазнительного ротика-бутончика, как это сейчас в моде, самый обычный рот. Правильной формы, с хорошими зубками, но бледность никуда не денешь.
Кстати, у женщины на портрете губы тоже и бледные, и достаточно тонкие. Поэтому Адриенна не возражала против краски. Пусть будет.
Джованна украсила волосы бутонами роз и кивнула:
– Вот, так хорошо. Можно и выйти.
Адриенна и вышла.
Отец ее проводить не пришел, поэтому с ней пошла Джованна. Надо же сопроводить дану до приемной?
Надо.
Его величество вышел в привычное время, увидел Адриенну и ласково ей улыбнулся.
– Вы уже здесь, дана? Я смотрю, вам лучше…
– Благодарю вас, ваше величество. Я оправилась от болезни, – кивнула Адриенна.
– Что ж, тогда я приглашаю вас за свой стол. Идемте, дана.
Филиппо Третий протянул ей руку, и Адриенна снова поклонилась.
– Ваше величество, вы слишком добры ко мне.
Филиппо Третий тоже так иногда думал. А с другой стороны… почему нет? Даже если бы он специально искал невесту для сына… ладно! Что касается приданого или влияния, можно бы и повыгоднее найти. Но в остальном-то?
Молодая, послушная, из хорошей семьи, детей родить должна – чего еще требовать? А что взбрыкивает иногда, так ведь породистая кобылка, а не тягловая кляча. Понимать надо!
И сыну он постарается это объяснить.
Кстати… о детях и родителях.
– Адриенна, где ваш отец?
Растерянность девушки была видна невооруженным взглядом.
– Я прикажу разобраться, – нахмурился его величество.
Дан Марк показался ему неглупым и ответственным человеком. И вдруг такое отношение к дочери? С чего бы? И есть еще одна вещь…
– По обычаю, дана, я должен вам подарок.
– Ваше величество?
– Я забыл об этом, – чуть заговорщически улыбнулся Филиппо Третий. – Но на помолвку жених дарит невесте подарок.
А поскольку сын бунтует и от него не дождешься…
– Но я заболела, и вы временно это отложили, ваше величество? – улыбнулась Адриенна.
Не забыл. Нет, короли не забывают. А вот отложить могут, иногда и надолго.
– Сейчас вы выздоровели, Адриенна. Что вы хотите получить в подарок?
– Ваше величество, умоляю дать мне подумать, – растерялась Адриенна. – Я не знаю…
И удостоилась улыбки.
Женщина. Всего лишь женщина. Глуповатая и взбалмошная, какими их и создал Бог.
– Подумайте, Адриенна. Подумайте…
Завтрак прошел как обычно. Адриенна даже посмеялась над собой. Приглашение на завтрак к его величеству, приглашение, которого иные ждут годами да так и не получают, для нее обыденность.
А вот потом…
Когда его величество удалился работать, а придворные разбрелись кто куда…
Адриенна отправилась в сад. Джованна очень уговаривала, объясняя, что румянец сам по себе на щечках не заиграет, надо воздухом дышать, можно вот рядом с розарием, садовники с ним знаете, дана, сколько бьются?
К розам Адриенна была равнодушна, но вроде как розарий разбит в этом дворце со времен Сибеллинов. Может, и стоит сходить?
А что пасмурно, так и не страшно. Плащ накинуть всегда можно.
Но розарий Адриенне понравился.
Место выбрано удачно, открывался вид на реку, розы тоже симпатичные, скамеечка удобная…
А что ей не все розы нравятся, так цветы не виноваты. Адриенна предпочитала белые розы, в крайнем случае – кремовые. А тут было разноцветье алого, багрового, пурпурного…
Не в ее вкусе, но тона и сочетания подобраны хорошо, красиво подобраны.
Адриенна сидела, смотрела…
– Дочка? Ты здесь?
Дан Марк стоял рядом. И на его руке висла какая-то эданна.
Вот уж кто Адриенне сразу не понравился. Вся такая… чувственная. Адриенна с трудом подобрала слово, но так оно и было. Эданна просто источала страсть, она жила ею, дышала, каждое слово – как обещание, каждое движение – призыв.
Налитое тело, полные яркие губы…
Полная противоположность Адриенне.
Девочка не завидовала, но женщина ей сразу не понравилась. И то, как по-хозяйски она вцепилась в руку ее отца, – тоже. Как оглаживала локоть своими цепкими лапками, как хлопала ресницами, как улыбалась, глядя на девочку.
Вот!
Именно улыбка разозлила Адриенну.
Улыбка победительницы!
– Я здесь, отец, – ровным тоном отозвалась она. – Позволено ли мне будет узнать имя вашей спутницы?
Дан Марк даже слегка смутился. И было отчего. Познакомить дочь и любовницу… сложно. Весьма сложно. А еще…
