– Спасибо, сэр.
– Я забронировал для вас номер в гостинице Траки. Переночуете здесь, а утром вместе поедем в Альбукерке.
Корри поглядела на него:
– В Альбукерке?
Прозвучало глупо, но решение Морвуда никак не укладывалось в голове. Хотя чего она ожидала? Ведь Морвуд велел ей приехать с вещами.
Наставник кивнул:
– Здесь ваша работа закончена. Раз постановлено, что гибель Пила – несчастный случай, расследовать нечего.
Нора сидела в своей палатке и делала записи в журнале, пока еще не совсем стемнело. Ведь эту дату можно считать торжественной. Раскопки завершены. Череп Паркина, конечно, отсутствует, зато отыскали ногу Саманты Карвилл, и теперь ее можно похоронить вместе с обнаруженными ранее останками. Золото еще не нашли, но, пока идут сборы, время на поиски будет. Кто знает – вдруг в ближайшие дни лавиносборник обвалится? На эту неделю обещали ливни и грозы. Ну а если не повезет, они просто вернутся за кладом позже – скажем, летом, когда сойдет весь снежный покров.
– Идите все сюда, выпьем шампанского! – позвал ее Клайв из полевой кухни.
Нора с улыбкой закрыла блокнот и вышла из палатки. Клайв стоял у костра, размахивая бутылкой:
– Это надо отпраздновать!
– Я тебя умоляю, хватит ее трясти! – проворчал только что вышедший из палатки Бёрлесон.
После отъезда агента ФБР гнетущая атмосфера, воцарившаяся в лагере, развеялась. Настроение у всех было приподнятое, даже у Мэгги. В последнее время повариха пребывала в мрачном расположении духа, но после того, как Нора рассказала ей, что пропавшую ногу Саманты Карвилл нашли, сразу развеселилась. Хлопотала у огня, готовясь положить на решетку гриля сырые стейки и початки молодой кукурузы.
Клайв с громким хлопком открыл бутылку. Пробка взлетела в воздух. Уиггетт ловко схватил ее одной рукой.
– Кто пробку поймал, тому и первый бокал, – объявил Уиггетт, протягивая жестяную кружку.
Бентон налил в нее шампанского, прошел с бутылкой по кругу. Когда опустела первая, открыл вторую.
Клайв поднял «бокал»:
– За партию Доннера – за тех, кто погиб, и за тех, кто выжил.
– За партию Доннера!
Все выпили, и вот по кругу пошла гулять уже третья бутылка.
– Ну, чем похвастаетесь? – спросил Бёрлесон. – Рассказывайте, какие открытия совершили.
– Когда речь идет об археологических раскопках, девяносто девять процентов серьезных открытий делают в лаборатории. Но мы уже многое выяснили.
– Мы все внимание.
– Очевидно, что обитателям Потерянного лагеря пришлось тяжелее, чем всем остальным. Мы обнаружили множество свидетельств лишений, которые выпали на их долю. Они выстроили самодельную хижину, съели и волов, и собак. Но к человеческому мясу долго не притрагивались, если не считать раннего момента слабости, когда двое убийц – а все указывает на то, что это сделали именно они, – выкопали замерзшее тело Саманты Карвилл и стали есть ее ногу. Но в конце февраля, после смерти Альберта Паркина, не выдержали почти все, и тогда каннибализм в лагере стал обычным делом. А затем, если верить рассказу Бордмена, всех охватило безумие.
– В смысле, у них крыша поехала? А почему? – спросила Мэгги.
– Длительное голодание способно вызвать неврологические проблемы, включая временное помутнение рассудка. Даже в других двух лагерях, где положение было не настолько отчаянным, наблюдались подобные явления, пусть и не в том масштабе.
– А как с установлением личности? Сколько людей идентифицировали? – спросил Бёрлесон.
– Кости ломали, варили, грызли, а потом варили снова, чтобы извлечь все питательные вещества до последней капли. Вот в каком отчаянном положении оказались эти люди. Предстоит долгая и непростая работа в лаборатории. Пока мы с большой степенью уверенности установили личности четырех человек: Саманты Карвилл, Шпитцера, Рейнгардта и Альберта Паркина.
– А что с золотом? – уточнил Уиггетт.
– Верю, что мы его найдем. – Нора повернулась к Клайву. – Хотите что-нибудь прибавить?
Историк отпил глоток шампанского, собираясь с мыслями.
– Не буду произносить речей. Просто от всей души поблагодарю вас всех. Каждый из вас так или иначе помог этому проекту осуществиться. Особенно я благодарен вам, Нора. Вы знаете, как для меня важны раскопки Потерянного лагеря. Вы не только помогли организовать экспедицию, но и терпеливо отвечали на все мои многочисленные вопросы.
Клайв выдержал паузу.
– Очень важно узнать, что конкретно здесь произошло. Это не только история о каннибализме и смерти. Партия Доннера – пример отваги и борьбы за жизнь.
Мэгги клала стейки и кукурузу на решетку гриля над горячими углями. Раздалось шипение жарившегося мяса. После разговоров о каннибализме и звук, и запах отбивали аппетит. «Если бы не кукуруза, осталась бы голодной», – подумала Нора.
После шампанского все шли спать в приподнятом настроении. Уютный запах костра и стрекотание сверчков постепенно убаюкали Нору. Но посреди ночи ее разбудили громкие голоса. Она расстегнула молнию на входе в палатку. Лучи фонарей рассекали темноту. Посреди лагеря в широкой пижаме стояла Мэгги и что-то громко рассказывала. Похоже, ей приснился еще один кошмар.
