— Ну да. Я не про тех, кто травы режет — они тебе соперниками будут и тебя в компанию не возьмут. И не про тех, кто в заброшенных штольнях промышляет — эти тоже тебе не подойдут. Я скорее про одиночные отряды горняков, которые золото в ручьях моют или ищут рудные жилы, выходящие на поверхность. Они знают местность и могут быть полезными попутчиками.
Вряд ли мне это подойдет. На месте добытчиков я бы не согласился взять с собой незнакомца. Они будут бояться показывать найденные места, тем более — брать попутчика, который не участвует в общем деле, не связан знакомством, родством или общими секретами. Не-ет, не согласятся.
Я вздохнул и посмотрел на Гуса.
— А если всё-таки придётся идти одному? — спросил я.
Он пожал плечами.
— Как я и сказал, не лезь туда, где тебя могут сожрать, постоянно осматривайся, не подходи к скалам, убегай, если что-то услышишь и перемещайся только в буране. А ещё, если уж решишь оставить дрын при себе, — кивнул он на валяющийся в траве шест, — то брось его, когда наткнешься на духовного зверя — этим тварям ты ничего не сделаешь этой палкой, а замедлит он тебя изрядно. Подумай о копье.
Хорошее копье из хорошего металла и с древком из хорошей древесины стоит от сорока серебра, а у меня стройка на носу, важен каждый медяк. Так что рискну и пройдусь с шестом. Я ведь пока не планирую встречаться с духовными зверьми. Если и сунусь на гору, то лишь ради техники Ледяной защиты: дойду только до площадки, к которой ведет лестница, а там зверей вроде как быть не должно — слишком мало Ци.
— Теперь ты поймешь, что в жизни есть и другие ценности, кроме пива и вина? — спросил я с легкой надеждой.
— Нет. Теперь я сниму другую комнату, где не воняет, и продолжу пить. Но ты приходи и приноси деньги: покажу тебе приемы серьезнее.
Рой сказал, что целитель не тронет меня, и вообще месть сейчас его мало интересует, полно других проблем. Вдобавок мать не была обычным человеком, раз уж у нее отец — Пирий, член городского совета, едва ли не король города. Но проверять, насколько сильны кровные узы, и будет ли Рик учитывать факт родства, я не хотел, потому решил переселить маму в гостевой дом, хотя бы на неделю. Только раньше не было повода, на который можно было сослаться, чтобы не говорить «тебя вот тут могут убить из-за меня, нужно переехать». Теперь этот повод появился.
Я вошёл в дом, мать хлопотала на кухне: перебирала корзину с яблоками. На лице у неё мягкая, усталая улыбка. Я остановился в проёме, на мгновение замешкавшись, но затем решительно произнёс:
— Мам, мне нужно с тобой поговорить.
Она подняла на меня взгляд, слегка удивившись серьёзности в моём голосе, даже немного приподняв брови.
— Что-то случилось?
Я подошёл ближе и сел напротив неё на хлипкий поскрипывающий стул.
— Мы уже долгие годы живём в этом доме. Ему нужен ремонт, ты сама ни раз говорила об этом. Крыша подтекает, в сезон дождей стены недостаточно хорошо удерживают тепло, очаг тоже не в самом лучшем состоянии. В общем, я решил это исправить.
— Ремонт? — Растерянно спросила она. — Ты шутишь? Нет, я рада, что ты выплатил долг, и на еду нам теперь хватает, но ремонт всего дома…
Я спокойно заверил:
— Это не шутка. Будем капитально ремонтировать дом, и начнём уже сегодня.
— Что? — Мать положила яблоко на стол. — Ты серьёзно?
— Абсолютно. Не хочу, чтобы на время ремонта ты лишний раз беспокоилась или хлопотала по дому, поэтому я снял для тебя комнату в гостевом доме неподалёку. Там порядочный хозяин и комфортные условия. К слову, скоро должны прийти рабочие.
Мы несколько секунд молча смотрели друг на друга. Я ожидал ее согласия переждать ремонт в гостевом доме. Она, по всей видимости, пыталась осмыслить сказанное мной.
За калиткой послышались тяжёлые шаги и голоса. Один мужчина объяснял что-то другому, насвистывающему весёлую мелодию.
Мама повернула голову в сторону окна, чтобы посмотреть, кто к нам пришёл. Однако через мгновение входная дверь распахнулась и в дом завалились двое мужчин. Один — бородатый, внушительного телосложения, с прямой осанкой, в рабочей одежде. Второй — коренастый молодой человек, удерживающий в руках внушительный ящик с плотницким инструментом.
— Добрый день! — поздоровался старший, снимая шляпу. — Меня зовут Грэм, а это мой напарник Арден. Как и договаривались, прибыли ранним утром. Вы хозяйка дома?
Мать растерянно кивнула, переводя взгляд то на них, то на меня:
— Да, я, — ответила она неуверенно. — Но думаю, вам лучше переговорить с моим сыном, раз уж он это всё и затеял.
Я поприветствовал рабочих почтительным кивком.
— С вами мы уже виделись. Пока можете осмотреться здесь и решить, что можно починить, что улучшить, — сказал я Грэму.
