Я прошел вперед, направляясь к фигуре в черной форме, стоящей за спинами старших учеников.
Лицо Валеона было суровым и сосредоточенным. Когда я подошел ближе, он мельком глянул на меня.
— Чего тебе, Китт?
Я слегка поклонился, проявляя уважение наставнику.
— Мастер Валеон, — начал я, стараясь говорить уверенно. — Я хотел бы потренироваться с копьем на одном из манекенов. Хочу испробовать свое духовное оружие.
Валеон опустил взгляд на копье, прищурился.
— Десять минут, потом у группы будет перерыв. Если хочешь — используй это время. Я не стану прерывать занятие ради тебя, и не пущу тебя к деревянным болванам, пока практики оттачивают техники.
— Да, я понимаю. Спасибо!
Вообще находиться в зале со старшими учениками и смотреть за их занятиями — уже награда, способная подтолкнуть мое развитие.
Практики продолжали демонстрировать свои невероятные способности, не беспокоясь, что за ними наблюдают. Каждый их удар, каждое движение были наполнены мощью, которую я пока не мог в полной мере ощутить в себе, даже несмотря на наличие системы. Но именно это и вдохновляло — стремление стать сильнее, выковать свою силу так же, как эти практики когда-то ковали свою.
Внимание снова привлекла девушка с хлыстом из тьмы. Ее движения были плавными и точными, словно она танцевала. Хлыст свистел в воздухе, оставляя за собой едва заметные черные линии, которые затем исчезали, словно растворяясь в пространстве. Манекен перед ней уже представлял собой груду искореженного дерева и металла, но она не останавливалась. Ее сосредоточенность была почти пугающей.
— Вдохновляет, не правда ли? — раздался голос Валеона. Мастер стоял спиной ко мне, зорко наблюдая за учениками, но разговаривал, кажется, со мной. За треском дерева и гулом техник его было едва слышно.
— Да, — признался я. — Их техники впечатляют.
— Главное, чтобы не пугали, — добавил он с легкой усмешкой. — Меня вот поначалу пугали. Безумная мощь, сосредоточенная в руках одного человека… Практики стадии Преображения и Перерождения могут сносить кварталы голой силой. Когда видишь такую мощь, испытываешь в равной степени и восхищение, и ужас. Потом ужас перед неизмеримой мощью, сменяется желанием понять ее, а следом приходит уверенность в своих силах. И оказывается, что мощь совсем даже измерима.
— Надеюсь, я тоже смогу достичь этого уровня, — сказал я осторожно, гадая, сколько из сказанного относится к техникам практиков, а сколько — ко мне и моей табличке. Может быть так, что не только Линь, но и Валеон (а может и кто-то еще) знают о ней? Разумеется, может. А чем грозит? А к чему ведет?
Пока я размышлял и наблюдал, время летело. Валеон хлопнул в ладоши, привлекая внимание своих учеников.
— Перерыв! Десять минут! Кто хочет — может отдохнуть или продолжить самостоятельно. Китт, — обернулся мастер ко мне. — Вперед, выбери себе нетронутого болвана.
Это был мой шанс. Я вышел вперед и направился к одному из манекенов, который был менее поврежден, чем остальные. Вдохнул глубже и крепче сжал копье в руках.
Древко словно отозвалось на мое напряжение: легкий пульсирующий отклик пробежал по пальцам.
Первое движение было простым выпадом — наконечник копья с легкостью рассек воздух и ударил по деревянному манекену. Но в этот момент я позволил энергии вырваться наружу. Ледяная Ци, дремлющая в наконечнике, ожила, и тот мгновенно покрылся инеем. От удара по манекену разлетелись осколки льда, а на поверхности осталась глубокая трещина, покрытая узорами инея.
Я не остановился на этом. Развернувшись на пятке, нанес следующий удар — рубящий, мощный. Теневая энергия хлынула по древку, и копье словно ожило в моей руке. Тени потянулись за наконечником, и после удара манекен обвили черные ленты. Они проникли внутрь древесины через трещину от первого удара, и я почувствовал, как энергия разрывает деревянную болванку изнутри. Манекен затрещал, а затем рухнул на доски зала.
Я замер, тяжело дыша. Вокруг меня витал легкий морозный туман, смешанный с остатками теней. Наконечник копья сверкал, как льдинка на солнце, а древко казалось куда более темным и глубоким, чем было прежде.
Связка из пяти следующих ударов превратила манекен в груду топорщащихся щепок.
— Неплохо, парень! — с задором крикнул тот самый Крисп, мечущий в манекены вихри с лезвиями из чистой тьмы. — Может, спарринг?
— Не, — покачал я головой под безобидный смех остальной группы.
Духовное оружие впечатляло. Пусть летать оно не умело (это я уже успел проверить), зато било куда мощнее, чем кусок железа на палке.
Я доволен. А какая-нибудь хтонь при встрече со мной точно довольной не будет.
Я проснулся еще до того, как солнце успело подняться над горизонтом. Пробежал вокруг города, наслаждаясь видом бледного рассвета.
Потом — занятия. Новые печати, новые способы тренировать свои техники. Море позитива от Лиссы, общение с остальными.
Затем в зельеварную мастерскую, где уже ждут дела: опыты с эссенцией, извлеченной из ингредиентов, принесенных с прогулки с Жулаем, работа над новыми формулами и рецептами.
