Повисает неловкая пауза. Она продолжает смотреть на меня — оценивающе, словно пытается понять, серьезен ли я.
— Что-то не так? — спрашиваю я спокойно, стараясь не выдать раздражения. Мой запас терпения, изрядно разросшийся со времени попадания в секту, с момента швыряния мне мешочка с монетами тает с пугающей скоростью.
— Ты понимаешь, что мне предложил? — повторяет она, чуть наклоняя голову набок. Ее голос звучит холодно и высокомерно.
— А вы знаете другой способ сделать массаж? — полюбопытствовал я.
— Насколько я знаю, такой способ есть! Ты будешь трогать меня только через одежду, — резко заявляет она. — И это не обсуждается, ученик. Я сниму платье, но не белье.
Я на мгновение закрываю глаза. Конечно, бывают такие клиенты — слишком гордые или слишком стеснительные. Но я привык работать иначе: массаж через одежду не только гораздо менее эффективен, но и гораздо сложнее для меня массажиста. Хотя, если честно, сложность — это не про человека с шестьюдесятью единицами массажа.
— Как скажете, — отвечаю я ровным голосом и полотенцем вытираю с ладоней масло.
Пожалуй, сегодня будет долгий день.
Женщина сняла платье, оставшись в крохотном халатике и длинных шортах, легла на массажный стол.
Я не стал работать спустя рукава даже с такой строптивой клиенткой. Профессионализм стоит выше эмоций. Другое дело, что на следующий массаж она не попадет: я просто откажусь с ней работать.
Начинаю массаж аккуратно и уверенно. Мои пальцы мягко скользят по её плечам, шее, вдоль спины. Я чувствую, как тело женщины постепенно расслабляется под моими руками. Сначала мышцы были изрядно напряжены, но с каждым движением я замечаю, как она сдаётся этому ощущению, позволяя себе расслабиться.
Я чередовал движения — то мягкие и нежные, то более глубокие и интенсивные, прорабатывая напряжённые участки. Особых проблем в теле женщины не было, так что ограничился общеукрепляющим массажем и взбодрил энергетику. С каждым прикосновением я ощущал, как телесное и духовное напряжение уходит из тела клиентки, растворяется. Женщина полностью погрузилась в процесс, и я уверен, что сейчас ее лицо выражает полное блаженство.
Её дыхание стало ровнее, а иногда я слышал лёгкие, почти неслышные вздохи удовольствия.
Из-за природной вредности я заметил:
— Знаете, если бы я массировал спину без одежды, эффект был бы гораздо лучше. Через ткань массаж не столь эффективен.
Но я не думал, что она пробормочет:
— Да, конечно… Ты прав.
А потом слегка приподнимется, чтобы задрать подол крохотного халатика, обнажая спину.
Теперь мои руки скользили ещё легче, теплее. Я чувствовал каждую линию её тела, каждое напряжение мышц. Она снова расслабилась под моими пальцами.
— Ты делаешь это так профессионально… — произнесла женщина хриплым и чуть приглушённым голосом, словно она говорила из полусна. — Я даже не ожидала… Не останавливайся, не обращай внимания на мою болтовню. Продолжай, ученик.
Но сейчас было самое время остановиться — песочные часы, которые я перевернул в начале сеанса, отсчитывали последние минуты.
Я завершил массаж ровно через полчаса. Закончив, я выпрямился, вытер руки полотенцем и отошел к столу. Мешочек с серебром лежал там, где я его оставил. Я взял одну монету — ровно столько, сколько стоил сеанс — и положил мешочек обратно.
— Разве прошло уже два с половиной часа? — расслабленно спросила женщина. — Мне кажется, я пробыла здесь даже меньше часа. Или тебе необходим отдых?
— Как я предупреждал людей ранее, полчаса на человека, не больше, — сухо сказал я. — А на сегодня массаж для вас закончен. Полежите пять минут, а потом можете уйти. Ваши деньги на столе — заберете, перед тем как покинуть комнату, — сказал я ровно.
Я повернулся к ней спиной и начал приводить себя в порядок. Снова вымыл руки, вытер их о полотенце, закрыл бутылочку с маслом.
Только вот вместо того чтобы последовать моему совету, женщина резко поднялась с массажного стола. Я услышал, как ее босые ноги ступили на пол, а затем — звук шелестящей ткани, когда она начала одеваться.
— Что за наглость? — раздался ее холодный голос за моей спиной. Я обернулся и встретился с ней взглядом. Женщина смотрела на меня свысока, словно я был никем. Грязью у нее под ногтями, (фигурально выражаясь; я более чем уверен — грязи под ногтями этой красивой дамы точно не найдется). — Ты понимаешь, кто я такая?
Я прекрасно понимал, кто она — стерва. Я в прошлой жизни насмотрелся на таких людей. Но делиться своими мыслями не стал; молчал, ожидая продолжения.
— Я — жена очень серьезного человека! Ты даже не представляешь, насколько серьезного! Здесь все слуги и работники подчиняются мне, без исключений. А ты здесь никто! Простой ремесленник, который должен быть благодарен за возможность работать с такими, как я, тем более если мы платим деньги! И если я дала тебе деньги, если ты их взял, будь добр, отработай!
А потом она еще и надавила на меня духовной силой. Слабо — куда слабее Валеона или мастера Линя, но сам факт меня изрядно взбесил. Я едва удержался от того, чтобы наорать на нее.
