Похоже, я достиг своего максимума: если и есть что-то сильнее легендарного ранга, я до него не дойду. Теперь осталось испытать моё творение в деле, на реальных монстрах. Потом можно патентовать… то есть, изготавливать заряды, упаковывать и отправлять на границу. Или — дорабатывать. В зависимости от испытаний.
Самое главное здание секты встретило меня тишиной и прохладой.
Я спокойно прошагал по длинным коридорам, минуя многочисленные двери, поднялся по лестнице и дошел до кабинета мастера Линя. Еще на подходе я ощутил тяжёлое давление его духовной ауры. Неприятное чувство — словно ноют зубы или вилкой скребут по тарелке. Линь явно не настроен на дружескую беседу — его раздражение ощущалось физически. Вряд ли мастера порадует мой внезапный визит, и совершенно точно его не приведет в прекрасное расположение духа моя просьба, но что поделаешь — проверку бомбы лучше проводить в диких землях.
Я постучал, и когда изнутри донесся неприветливый рык, потянул ручку.
Мастер поднял голову от бумаг, холодно и неприветливо смерил меня взглядом.
— Ага. Снова ты, — сухо произнёс он, отложив в сторону кисточку, которой секунду назад выводил на листе иероглифы. — Опять принес какие-то интересные бумаги?
Мастер Линь с порога попытался создать ощущение, будто любое моё появление — проблема. Я не стал оправдываться.
— Я помню, что господин Свен Дэй говорил по поводу моих изобретений, и я старался, чтобы очередные опыты были направлены не на усиление практиков, а совершенно на другое. В общем, последние три дня я занимался новыми алхимическими гранатами…
— Я знаю, — перебил Линь. — Мне уже все уши прожужжали о твоих взрывах. Не думал согласовать это с сектой?
Старик будто специально пытался вывести меня из себя. Я медленно перевел дыхание, пережидая вспышку раздражения, и продолжил:
— Так вот. Я специально выбрал место подальше от секты, и не думал, что это обеспокоит вас или принесет какие-то неудобства.
— Но принесло.
— Мастер Линь…
— И обеспокоило.
Я снова вздохнул. Мастер смотрел на меня, ожидая следующих слов. Думаю, старик еще не исчерпал лимит поддевок, подколов и прочего в мой адрес. В прошлой жизни и я таким был — поссорившись с человеком, я не мог общаться с ним нормально, чтобы не ввернуть в разговор какую-нибудь едкость, сливая негатив. Видимо, Линь тоже был из стариков, которые позволяли себе небольшую слабость в виде старческого брюзжания.
— Мы можем вернуться к тому, с чего начинали наше общение?
— К чему это? — Напоказ удивился старик. — А ты сможешь вернуть потерянное уважение к старшим? Я помню, как ты, Бронсон, стоял на коленях, умоляя сделать все, чтобы спасти твою мать. Я помню, как вытаскивал тебя из тюрьмы, откуда ты ни за что бы не выбрался сам! — Мастер Линь накручивал себя, повышая голос, а теперь и вовсе взревел, и Ци в помещении колыхнулась, а краски поблекли. — ПОМНЮ, КАК НАЗВАЛ ТЕБЯ ВНУКОМ! Я прикрывал тебя от тех в секте, кто был уверен, что ты опасен, и хотел твоей смерти! И что я получил? Высокомерие! Отказ в выполнении приказов! И самое неприятное — замаскированную угрозу от его высочества принца!
Если Линь рассчитывал распекать меня, взращивая во мне чувство вины, то он ошибся. Помощь в спасении матери и вызволении меня из тюрьмы — это просто следствие взрыва бомбы с пепельной лихорадкой, которую, как мне подсказала память Ян Стапа, взорвали в школе люди секты. Так что этой помощью он просто закрыл долг передо мной и моей матерью.
— Мастер Линь, признайте, что и я сделал для секты немало.
— Да дело не в делах, Китт, а в отношении!
— Поставьте себя на мое место. Вы так же слепо следовали бы приказам?
— Не знаю, следовал бы я приказам, но я совершенно точно уважал бы старших! Когда ты сказал мне, что хочешь помочь людям в борьбе с тварями, что я сделал? Я показал тебе этих тварей! Безо всяких твоих просьб обратился к духам настоятелей и попросил перенести нас к одному из старых алтарей и показал тебе, насколько огромна Орда! Сказал ли ты мне «спасибо»? Да, сказал. Испытал ли ты хоть капельку благодарности? Нет! Люди — не функции, Бронсон, нельзя в любой неудобный момент сказать «давай начнем сначала» и надеяться, что это сработает. Ты обращаешься со мной, как с личным секретарем, а потом предлагаешь вернуться к тому, с чего начинали наше общение! И я больше чем уверен, что ты пришел сюда с очередной просьбой, а не для того, чтобы наладить общение!
Вот тут меня кольнуло слабеньким чувством вины. Действительно, если посмотреть с ракурса Линя, то я поступил не слишком правильно. Или мастер снова давит на эмоции?
Нет, все-таки мне кажется, что я дал секте не меньше, чем секта мне.
— Прошу прощения, — кратко ответил я. — И вы правы, я пришел с просьбой. Вы показали мне Дикие земли, за что я вам благодарен. Но вы говорили, что Орду не остановить моей алхимией, и я хочу это проверить. Я изобрел мощную бомбу и желаю протестировать ее на духовных зверях.
Линь сверлил меня глазами еще полминуты, а потом тяжело вздохнул и махнул рукой.
