— Все бесполезно, Бронсон. Когда тебе что-то нужно, ты сразу приходишь ко мне, а в остальное время секта и мастер Линь для тебя будто не существуют… Кстати! Давай-ка поговорим об обещаниях. Десять дней назад ты обещал вернуть из столицы Мэй Лань. Обещанный срок истек три дня назад. Где Мэй Лань?
Действительно. Я с головой провалился в эксперименты, как и наставница, когда увидела рунные массивы Королевского зверинца. Не думаю, что женщина расстроена тем, что я не пришел через обещанную неделю, но все-таки Линь прав, тут я поступился обещаниями.
— Обещал, — нехотя сказал я. — И скоро отправлюсь за наставницей. Просто пока я был занят…
— Ну разумеется, — поморщился Линь. — Взрывать гранаты в лесах ведь куда важнее, чем выполнять обещания, данные мастеру. И ты думаешь, я пойду тебе навстречу? Зачем это мне? Скажу по секрету: сейчас у секты есть более насущные дела, чем заниматься твоими алхимическими игрушками. Наверное, для тебя новость, но наших практиков режут по лесам и полям.
Я не стал добавлять, что режут их как раз потому, что секта облажалась. И режут не только их, но и тех, кто режет их.
— Я догадываюсь, о чем ты думаешь, — вдруг сказал Линь. — Наверное, ты считаешь, что всё началось с нашей секты, и теперь мы просто пожинаем плоды. И так нам и надо, всё в таком духе. Верно?
— В общих чертах, — кивнул я.
— Хорошо. Я понимаю, что ты здесь без году неделя, и не успел срастись с сектой, обрести духовное единство с собратьями, но я тебе опишу, как видел бы ситуацию на твоем… нет, не на твоем месте, а на месте обычного практика. Можно?
— Будьте добры.
— На месте обычного практика, даже если бы я думал, что секта заварила эту кашу, я бы встал под ее знамена. Потому что даже если командиры ошиблись и поступили неправильно, даже если вдруг началась война по нашей вине, можно быть недовольным начальством, можно проклинать их, но я бы пошел воевать даже с проклятиями, и в любом случае не стал бы раскачивать лодку. Потому что прошлого не изменишь, не отыграешь, и не исправишь ошибки, как бы ни хотелось. А настоящее таково, что в случае проигрыша секту попросту уничтожат, и мирных горожан Циншуя будут сжигать на улицах, потому что у каждого третьего обнаружатся родственники в секте Тьмы. Они выкорчуют любое упоминание о секте, вывезут нашу библиотеку, вывезут архивы и книги Мэй Лань и разделят город надвое какой-нибудь стеной. Они уничтожат всю нашу культуру, вымарают упоминание о секте Тьмы из истории и будут наказывать любого в Вейдаде за одно только упоминание о ней. И я тоже выхожу в патрули для того, чтобы это не произошло. Да, начальство могло обосраться. Но секта — это не одно лишь начальство. Я бился бы за то, чтобы наша культура продолжала существовать.
— Доходчиво, — кивнул я. Все-таки я не думал о ситуации с такого ракурса.
— Вот это меня и задевает, — добавил старик. — Твое отношение — отношение простого наемника, за исключением моральных нюансов. Если секта начнет проигрывать, ты уйдешь из города и заберешь с собой семью. Я надеялся, что за год ты приживешься к секте, прикипишь к ней душой. Я надеялся, что твоя сила станет силой секты! Но у нас не было этого года, вдобавок случилась эта глупая война. Сейчас мы, как и ты, хотим разрешения этой истории, чтобы больше не было смертей. Я, Свен Дэй, наставник Зуго и леди Цин, мастер Цзян, Сталевар и Мэй Лань, мы все хотим мира. Сейчас не нужно кричать, кто начал, сыпать проклятиями и показывать пальцами. Сейчас нужно это закончить. Когда к тебе в дом забегает младший брат с разбитым лицом и плачет, говоря, что он плохо поступил, и у него большие проблемы, ты вряд ли скажешь ему «Ты сам заварил эту кашу, сам виноват, и даже если тебя зарежут, я и пальцем не пошевелю». Ты можешь надрать ему уши, ты можешь быть не согласен с его поступками, но ты либо поднимаешься с дивана и помогаешь разрешить ситуацию, либо из тебя очень плохой брат. Хуже всего, если ты уезжаешь из города, чтобы и тебе за брата не досталось, меняешь фамилию, открещиваешься от родства и пишешь ему ехидные письма, мол, «так тебе и надо, ты сам виноват, теперь огребай».
Линь выдохся. Он откинулся на спинку стула, без интереса осмотрел лежащие на столе бумаги. После такого эмоционального монолога мне и сказать было нечего.
— Спасибо за разговор, — слегка поклонился я. — Вы доходчиво объяснили свою позицию, и теперь я буду смотреть на ситуацию не столь однозначно.
— Стой. Давай, рассказывай конкретнее, что ты там хотел?
Я описал результаты испытаний и повторил, что хочу испытать бомбы на территории диких земель. Добавил:
— Если мои бомбы покажут себя хорошо, люди смогут лучше справляться с духовным зверьем, смогут отбросить тварей назад и обезопасить территории. Понимаю, что это не связано с заботами секты, и вам сейчас не до того, так что не буду отвлекать вас.
Я снова развернулся, но не успел и шаг шагнуть к двери, как Линь раздражённо цокнул языком.
