Не поздно ли осознать это перед смертельно опасными испытаниями? А может это самое подходящее время. Мята открыла глаза и тревожно посмотрела на друзей, — они спали или пытались уснуть. Страшно ли им так, как страшно ей? Вот только чего она боится больше: испытаний или того, что ЭрДжей может оказаться прав?.. Она прогнала эти мысли и снова легла, в надежде, что сон скоро её найдёт.
Позже всех уснул Альфред. Он много думал о справедливости, счастье и выборе. Ведь Блюм прав, у него есть всё, чтобы жить и творить. Пусть он ограничен в определённых вещах, но, возможно, так было нужно. Не будь он таким, он никогда бы не подумал становиться врачом, и тогда он никогда бы не вылечил Блюма и не познакомился с Мятой и ЭрДжеем.
Эти мысли были очень странными. Они навевали благоговение и некий страх перед механизмами, которые приводили всё это в движение. Будь то Мудрейшие или разум Вселенной, но что-то или кто-то неустанно делает всё, чтобы люди оказывались в нужное время в нужном месте. Они не одни. Или не хотят быть одними? Что же из сказанного Фантастом правда?..
Сиреневой мглой был покрыт силуэт заброшенного проклятого Парка Развлечений. Солнце только собиралось просыпаться, а ребята уже были в пути. Тревога и страх перед неизвестностью не дали им выспаться и они отправились в путь ещё до рассвета.
Мята не могла отвести взгляд от силуэта Парка, скрытого в тумане. Всё внутри переворачивалось и ныло от самого его вида, а ведь совсем скоро начнутся испытания… Что же их ждёт, там ли её брат, ничего ли с ним не случилось?
Спокойным был только ЭрДжей. Самой большой проблемой для него был холод, из-за которого мышцы ног будто окаменели. И даже то, что Парк был скрыт в густом тумане, не произвело на него ни малейшего впечатления. «Это всего лишь природное явление», — так он заявил с утра Мяте, чтобы та не паниковала, хотя её это совершенно не успокоило.
Наконец-то хранитель этого мира начал величественно подниматься над горизонтом и согревать ребят. У тумана не было шансов против этой силы. Ещё какое-то время видимость была плохой, но затем воздух прогрелся, туман рассеялся, и можно было хорошо рассмотреть незнакомый мегаполис на горизонте.
Неровные ряды высоток стояли один за другим, как и в любом другом мегаполисе. Если бы не чёртово колесо, то этот город мало чем отличался бы от Верхнего. Разве что высотки Парка выглядели немного ниже.
— К полудню будем на месте! — прокричал ЭрДжей.
Страх горячей волной прошел по всему телу Мяты, и она сильнее вцепилась в руль. Сколько же легенд ходило об этом месте, сколько ужасов рассказывали старшие. Неужели она сейчас увидит всё своими глазами и ощутит на себе все те кошмары?
Множество смельчаков отправлялось в Парк с их мегаполиса. Даже на памяти Мяты был один отшельник, который покинул город в погоне за желанием и больше его не видели.
Страж проходил испытания целых три года и вернулся лишенным всякой человечности. Что же станет с ними?
Чем ближе они подъезжали к мегаполису, тем внушительней становилось знаменитое чёртово колесо. Оно было значительно больше, чем они себе представляли. Даже ЭрДжей был сражен этим гигантским кругом, но теперь он своими глазами видел, что Парк — это никакое не мистическое место из легенд. Это обыкновенный мегаполис, возведённый людьми.
Магия здесь не при чём, ведь это чёртово колесо в прошлом предназначалось для развлечений. ЭрДжей это знал, но даже так его и самого терзали смутные опасения. В том, что многие не возвращались, он тоже видел угрозу. У этого факта могли быть и объективные причины, например агрессия местных жителей, ведь не известно, какие нравы у здешних горожан. Он успокаивал себя тем, что это ещё их страна, а значит, вдруг чего, можно попытаться договориться. Но всё же нужно быть готовым ко всему.
Альфред не испытывал вчерашнюю лёгкость во время езды. Пусть он и не верил в магию Парка так сильно, как Мята, но всё же он проделал весь этот путь в надежде, что это место необычное. Он готов к испытаниям, готов к своей смерти. Если будет хоть малейший шанс загадать его самое заветное желание, то пусть, свою жизнь ему не жалко. Но что если ЭрДжей прав, и там ничего нет? Пожалуй, этого он боялся даже больше, чем испытаний…
— Мы подъезжаем! — прокричал Блюм, увидев вдали очертания каких-то сооружений.
Это была нежилая территория с кучей коммуникационных труб, щитков и будок. Здесь было невозможно ехать на велосипеде, поэтому пришлось слезть с него.
— Я предлагаю дальше идти пешком, а велик спрятать вон за теми трубами, — сказал ЭрДжей.
— Давайте… — согласился обеспокоенный Альфред.
— Да чего вы? Всё нормально будет, — попытался ободрить всех ЭрДжей.
Но даже Блюм был встревожен, а Мята вообще вполне могла сойти за призрака. Её лицо было мертвенно-бледным, она нервно мяла ладони и испуганно оглядывалась по сторонам.
— Перчик! — грозно сказал ЭрДжей. — А ну не дрейфь! Совсем на себя не похожа…
