– Откуда я знаю? – рассмеялся Себастьян. – Я читал тебе его стихи ночи напролет. Чем не намек? Там есть еще Блейк, кое-какие стихи Донна и Милтона. Да, и еще несколько лимериков[3] на тот случай, если книга попадет в руки Финни. Шарлотта вертела книгу в руках, удивленно разглядывая обложку из алой кожи. Себастьян сделал это для нее? Но, прежде чем она успела сказать что-то еще, в гостиную поспешно вошел Фенвик. Он принес воду и полотенца. Шарлотта машинально сунула книгу в карман платья, подальше от посторонних глаз.
– Прекрасно! – воскликнул Себастьян. Отжав полотенце, он принялся осторожно вытирать лоб Шарлотты. – Рана не такая серьезная, как мне показалось сначала, так что я, возможно, поторопился с доктором. Просто царапина и небольшая шишка. Я и сам могу справиться, – сказал Себастьян. Тщательно промыв рану, он открыл баночку с резко пахнущей мазью и погрузил в нее пальцы.
Шарлотта поморщилась.
– Пахнет отвратительно, – запротестовала она, останавливая руку Себастьяна.
– Должен тебе сообщить, что это драгоценный бальзам Кука. – Высвободив руку, Себастьян смазал рану бальзамом.
– И где это ты научился так обрабатывать раны? – поинтересовалась Шарлотта, слегка поморщившись, когда пальцы мужчины коснулись больного места.
Себастьян убрал руку.
– Болит?
– Нет, когда ты рядом, – ответила Шарлотта, и Фенвик осуждающе фыркнул.
Шарлотта совсем забыла о присутствии дворецкого, но Себастьян лишь подмигнул, словно говоря: «Не обращай внимания».
– Когда это ты стал таким замечательным хирургом? – не унималась Шарлотта, прикладывая все силы к тому, чтобы не смотреть на раздраженного дворецкого семейства Марлоу.
– Когда боксировал в Итоне. Однажды мне пришлось заказать целую банку этого бальзама, потому что Рокхерст постоянно отправлял меня в нокаут.
– Ты боксировал?
Себастьян отстранился.
– Что за вопрос? Мне кажется, нанесенный Лайману удар был поистине достоин восхищения. – Себастьян вновь погрузил пальцы в банку.
– Я не знала, – произнесла Шарлотта, закусив губу.
– Не знала! – Покачав головой, Себастьян продолжил наносить на рану проклятый бальзам. – Возможно, тебе и впрямь нужен врач. Сколько денег ты выиграла, ставя на мою победу, и после этого тебе хватает совести меня дразнить? За это, Лотти Таунсенд, мне следовало бы вышвырнуть тебя на улицу. – Себастьян улыбнулся. – Но можешь записать это на мой счет.
Себастьян участвовал в поединках? И она делала ставки на исход боя? Куинс сильно ошиблась, устроив весь этот фарс.
– Кхм! – тихонько кашлянул дворецкий, чтобы напомнить о своем вынужденном присутствии в гостиной.
Себастьян вытер пальцы о полотенце.
– Готово. К счастью, большого шрама не останется. Как я уже сказал, это всего лишь царапина, и волосы ее полностью закроют. К тому же бальзам отпугнет толпы твоих поклонников на неделю, если не больше.
Шарлотта поджала губы и была бы рада зажать и нос.
– Он здорово поможет, если среди них окажется кто-то вроде Лаймана, – сказала девушка, поднимаясь с кресла, хотя ее ноги все еще слегка подрагивали. С помощью Себастьяна ей удалось дойти до зеркала.
Если не считать исходившей от нее вони, выглядела Шарлотта не хуже, чем обычно.
– Думаю, я уже полностью пришла в себя, – сказала она. – Я ужасно признательна за помощь, милорд. Как я могу вас отблагодарить?
– О, это мы обсудим позже, – протянул Себастьян таким же томным и таящим намек голосом, что и утром.
Шарлотта вспыхнула до корней волос, ведь она и не думала придавать своим словам какой-то скрытый смысл. Она заметила в зеркале отражение Фенвика, закатившего глаза. Судя по всему, он воспринял слова своего хозяина как еще одну ношу, тяжело опустившуюся на его многострадальные плечи.
В этот момент в гостиную вбежал лакей.
– Фенвик, где его милость? Я получил сообщение от ее светлости. Она хочет, чтобы их… – Слуга осекся на полуслове при виде дворецкого, лорда Трента и его любовницы, стоящих рядом в гостиной, словно это было чем-то совершенно обыденным. Он пробормотал что-то по-гаэльски, а потом и вовсе прикусил язык.
Фенвик расправил плечи.
– Что такое, Патрик? Выкладывай быстрее, приятель.
Повелительный тон дворецкого вывел беднягу из ступора.
– Ее светлость послала меня выяснить, что так задержало лорда Трента. Из-за его отсутствия она просто вне себя. Под руку сейчас ей лучше не попадаться. – Он закивал в сторону виконта. – Уж вы простите, что я так говорю.
– Ничего страшного. Моя мать может быть… просто невыносимой… мягко говоря.
– Ее светлость совершенно права, – произнес Фенвик. – Вам стоит сейчас быть у Берков. Они наверняка ждут возможности сделать объявление.
Ударение, сделанное дворецким на последнем слове, поразило Шарлотту даже сильнее, чем грубость Лаймана.
Объявление? Это могло означать лишь одно…
Тяжело вздохнув, Себастьян вытер руку о полотенце.
– Ну хорошо, Пэдди. Вы передали мне приказ, и я отправляюсь к… на завтрак, – произнес он, поправив тем самым Фенвика. – Идем, дорогая: не думаю, что мне стоит поручать тебя нежной заботе Фенвика. Я слышал, в молодости он слыл настоящим сердцеедом, и, боюсь, до сих пор не искоренил прежних привычек.
