— Ультиматум? Эдик ты, по крайней мере, смешон. Поздняков тебя заставлял силой покупать этот шлейф? Не заставлял! Кроме того, у меня данные другие по нефти в том районе. Месторождение богато нефтью. Это подтверждает геологоразведка на момент сделки между нашими компаниями. Документы подписаны. Пользуйся, Эдуард.
Или подавай в суд. Вот цирк будет — то. Купил пан порося, а оказался кнур. — Рассмеялся Кирилл.
— Я все сказал. Даю тебе трое суток.
— Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь, Эдуард?
— Кого, скажи на милость, будь добр?
— Вождя краснокожих. «Я все сказал. Хау. Мы на тропе войны, братья-гуроны», — воткнул с силой палец в рыхлый живот Ивановского, Кирилл.
— Ты… ты… пожалеешь. Ты ответишь, — покрылся потом Эдуард, упершись спиной в холодную стену костела.
— Подключишь административный ресурс? Губернатора, депутатский корпус?
Не путайся под ногами, Эдик. Раздавлю, как лягушку.
— Трое суток. Время пошло, — ответил, хрипло Ивановский и, махнув охране, сел в машину.
— Попутного ветра, голубая птица, — но прощание крикнул Кирилл.
— Тебе конец, Поздняков, — хлопнул дверцей Ивановский. Машина, рванув с места, скрылась в вечерней дымке.
— Поговорили на славу, — входя в костел, прошептал Кирилл. Тихонько сел в кресло.
— Ты где был так долго, папа? — спросила Вика.
— С Ивановским мило побеседовали.
— С Эдуардом? Он здесь? — озираясь по сторонам, удивилась девушка.
— Уже уехал. Слушай музыку, Вика. Это благородное занятие достойней, чем разговор с безумцем.
Когда до окончания концерта оставалось несколько минут Кирилл, взяв за руки Вику и Павла, показал кивком на выход.
— Нам пора… обстоятельства, — опередил вопрос Павла, спускаясь по ступенькам.
В машине уточнил: — Вика, собирайся в дорогу. Завтра утром ты уезжаешь.
— Куда это? — широко открыв глаза, удивилась девушка.
— В спецкомандировку.
— Ой, как интересно, папа. Инструкции, когда получить можно будет? Сейчас или у трапа самолета?
— Не ерничай, дочь. Тебе необходимо на время покинуть этот город.
— Срок командировки? Цель?
— Срок? Цель? Возможно, надолго с целью спасти твою жизнь.
— Все так плохо, папа?
— Плохо, не то слово, Вика. Тревожно на душе. Ивановский идет в атаку. Не думаю, что в его колоде одни тузы, но застраховаться нужно. Павел, остаешься руководить фирмой. Справишься?
— Я? Руководить фирмой?
— Справишься! Возражения не принимаются. Наделаешь ошибок — не страшно. От теории пора переходить к практике. Лучшая практика — самостоятельная работа. Знаешь, как учат плавать?
— Ага. Не выгреб, значит, был не мой день.
— Выгребешь, куда тебе деваться. Хватка у тебя еще та. Мне бы такую хватку иметь в молодые годы.
— Папа, ты у нас еще и сейчас выглядишь суперски, — заметила Вика.
— Ну, да, хоть в мавзолей. Комплимент мужчине? Значит, женщина чего-то хочет. Я прав, Вика? — Уточнил Кирилл.
— Женщина хочет знать, на какой край света ее отправляют, чтобы подобрать правильно гардероб.
— Детали завтра утром, Вика.
— Секрет?
— Секрет, это когда о сути дела знают, как минимум двое людей. Не секрет, Вика. Тайна. Тайна, это, когда ею владеет один человек.
В данном случае — любящий тебя отец.
Павел присвистнул: — Вышли мы с тобой Вика из доверия у твоего отца, однако.
— Без обид, дети мои, но… — оборвал Павла, Кирилл.
— Ясно, — отвернулся к окну Павел.
Рано утром Кирилл приехал в офис. Охрана удивилась. 7 утра, шеф по расписанию должен еще плавать в бассейне.
— Не ждали, голубчики, — улыбнувшись, спросил Кирилл. — Проверка караула. Постовую ведомость, пожалуйста…
— Все нормально, шеф, — вытянувшись по стойке смирно, ответил старший смены.
— За время Вашего отсутствия на охраняемом объекте происшествий не случилось.
— Молодцы, орлы!
— Рады стараться, господин полковник, — в тон начальнику раздался дружный ответ.
— Кто из менеджеров на месте? — переходя на деловой тон, уточнил Кирилл.
— Никого. Рано же еще…
— Как только появятся Подольский и Лиза, сразу ко мне их.
— Есть.
Поздняков взбежал по лестнице, открыл дверь приемной. Заварил кофе и, пройдя в кабинет, поднял телефонную трубку аппарата. Подержал ее в руке:
— Рановато еще, ну да ладно, не обидится.
Положил трубку и, вынув из кармана мобильник, набрал номер. Посмотрел на часы, слыша длинный гудок. Побарабанил пальцами по столу с нетерпеньем…
— Есть. Иван? Рябой? Привет старина! Узнал? Да, это Кирилл. И я рад тебе слышать.
Слушай, брат, у меня к тебе просьба, нужно дочку мою приютить на некоторое время.
Сделаешь?
Говоришь, с девочками не умеешь обращаться?
Вообще — то она уже взрослая девочка, Иван. Поможет по хозяйству.
Кстати она твоя коллега — художник. Общий язык я думаю, найдете.
Я с ней еще и охранника пришлю, ты не возражаешь, Ваня?
Вот и хорошо.
Я знал, что на тебя смогу положиться в любой момент. Спасибо Иван. Нет. Сам не могу приехать, извини, дела. Может чуть позже, когда завалы разгребу.
Что? Много ли завалов? Ой, Иван, до конца жизни бы управиться… Я не грущу, Иван.
Я в норме. Ну, все. Пока. Жди Вику. Да, Викторией дочку зовут, Викторией. До встречи.
Кирилл положил телефон на стол.
В дверь заглянула Лиза:
— Вызывали, Кирилл?
