О том, какая обстановка была вокруг «Вервольфа» и в самой ставке поведал в своих воспоминаниях в книге «В ставке Гитлера» Вальтер Варлимонт — генерал германской армии, один из ближайших и самых преданных офицеров Гитлера, соавтор плана «Барбаросса», советник и исполнитель воли фюрера, который был очевидцем и непосредственным участником событий. Он пишет: «16 июля 1942 года Гитлер со штабом ОКВ разместились во вновь открытой полевой ставке „Вервольф“, которая находилась в нескольких километрах северо-восточнее Винницы. Гражданское население в городе и в сельской местности к немецким властям, в общем, было настроено дружелюбно. Мы обычно гуляли по лесу без охраны и купались поблизости в реке Буг, и никаких инцидентов не случалось. Летнее небо было безопасным, жара удушающая, и на Гитлера она действовала особенно. Может быть, это способствовало разногласиям и вспышкам гнева, которые в последующие недели и месяцы достигли небывалого размаха (имеются ввиду разногласия с военным командованием о состоянии дел на фронтах — авт.)»
Личный лётчик Гитлера Ганс Баур, характеризуя ситуацию вокруг «Вервольфа», пишет: «Обстановка в этих местах была довольно спокойной, наши отношения с населением — хорошими. Ставку даже не обнесли забором, подход к ней оставался открытым. В свободное время я отправлялся на Буг на своей машине — амфибии, чтобы посидеть с удочкой на берегу реки… Недалеко от места рыбалки находился большой карьер, где несколько сотен русских добывали гравий для строительства дороги».
В Вороновице, поселке неподалёку от Винницы, как известно, было расположено управление разведки генерального штаба вермахта. В феврале 1942-го его начальнику Гелену поступило агентурное сообщение о появлении в райцентре Липовец подозрительной женщины. Она обратила на себя внимание тем, что расспрашивала у старых людей о судьбе господ Литорских, тех самых, которые во времена царской России были приближены к царю и занимали при дворе важные посты. Информация заинтересовала Гелена и он приказал задержать и привезти к нему подозрительное лицо. Ею оказалась уже немолодая, но еще достаточно привлекательная, красиво одетая женщина, которая во время знакомства назвалась Марией Николаевной Литорской. О себе она рассказала, что родилась в поселке Липовец, но сейчас проживает в Киеве, где работает смотрителем в музее Тараса Шевченко. На родину приехала после долгой разлуки — более двадцати лет не была в родных краях и теперь, когда здесь нет советской власти, решила выяснить, как сложилась судьба ее родных и близких из знаменитого в царской России рода Литорских.
Женщина также призналась, что сама она, боясь преследований, была вынуждена изменить фамилию на Ляховскую и жить все эти нестерпимо долгие годы полулегально. Она не скрывала своего враждебного отношения к большевистской власти и намекнула, что готова сотрудничать с немецкими спецслужбами.
Понятное дело, всё о чём сообщила госпожа Ляховская, было тщательным образом перепроверено киевскими агентами армейской разведки абвера. Информация о ее местожительстве и работе подтвердилась. Однако ее заподозрили в связях с прежними советскими активистами. Чтобы снять из себя все подозрения, Мария незамедлительно соглашается стать агентом немецкой армейской разведки, о чем дает подписку такого содержания:
