Летом 1913-го переехав с мужем в Питер, Мария снова получила надежду стать матерью. Ермолай устроился на службу в регистрационный отдел департамента полиции. Он уже знал, что жена агент царской охранки. Выезжая на длительное время из дому на задание, она вынуждена была хоть что-нибудь рассказывать ему. Так, Ермолай знал, что в том же 1913-м Марию (в то время она уже имела псевдоним «Реноме»), как одного из самых опытных агентов, послали в Финляндию на розыск Ульянова-Ленина. Там она подняла на ноги всех финских эсеров и натолкнулась на его след. Однако, чувствуя в спину горячее дыхание царской охранки, Ленин срочно выехал за пределы Финляндии.
По требованию руководства, которое решило пожалеть беременную женщину, Мария опять возвращается в Киев, а в канун родов — в Липовец. Но и в этот раз судьба опять отвернулась от нее. Второй ребенок Марии также родился мертвым. Для неё это был тяжёлый удар. Она приехала в Санкт-Петербург, но работать уже не могла — все валилось с рук. Сначала руководство охранного отделения всячески поддерживало своего агента и морально, и материально. Никто не хотел верить, что навсегда потеряли такого блестящего профессионала. Так прошло два года. Ежемесячная субсидия в размере 150 рублей выплачивалась исправно. Но затем субсидии сократили. Это чрезвычайно оскорбило Марию. Она попыталась требовать увеличения жалования, но напрасно. И тогда прежний агент принимает решение рассказать некоторые факты деятельности охранки.
В трех выпусках столичного журнала «Жизнь и суд» за 1915 год были напечатаны мемуары с претензионным названием «Из сестер милосердия — в охранку. Дневник Марии Николаевны». Прежний шеф «Воскресшей» Спиридович сразу догадался, кто автор этих мемуаров, которые принесли ему много неприятностей. На него и на его коллег сразу упало клеймо палачей революции. Газеты подняли шумную кампанию по их дискредитации. Между тем Мария получила от редакции гонорар в размере 500 из обещанных 1500 рублей.
Чтобы заставить её молчать, руководство охранного отделения принимает решение выплатить ей сумму, равнозначную редакционному гонорару, повысить по службе Ермолая и отправить семью в Ялту. Так прежний суперагент очутилась на юге, куда позже перевели градоначальником и Спиридовича. Впрочем, задержался он там недолго. На календаре уже был 1917 год. Назревала революция. Во избежание преследований Временного правительства, Спиридович собрал вещи и убежал в Турцию. Литорская также накивала пятками, но только в Симферополь.
Между тем в прессе, словно снежная лавина, начинают появляться обличительные публикации о деятельности царской охранки. В одной из московских газет сначала напечатали выдержки из ее переписки со Спиридовичем (убегая за границу, он в панике не забрал их с собой), а затем в «Московских ведомостях» появился список тайных агентов охранки. Мария Николаевна, понятное дело, была в том черном перечне и, как умная женщина, реально оценивала свои шансы выбраться из этой круговерти. Она опять несколько раз меняет фамилию, в конечном итоге перевоплощается в Ляховскую Ефросинию Андреевну и выезжает в Киев. Там уже никого не осталось, кто бы мог ее опознать. Родственников поразбрасывала жизнь по миру, «соратники» по партии эсеров уже были на Соловках, а близких друзей или подруг никогда не имела. Следовательно, можно было начинать свою биографию заново…
В мае 1945 года, когда шли жестокие бои в Берлине, разведчики одной из передовых частей наступающих советских войск захватили часть архивов абвера. Среди трофейных документов оказалось и личное дело агента № L-1318/315 «Воскресшей». Начинаются активные поисковые работы по установлению ее личности. К сожалению, тогда они не дали никаких результатов. В деле не было данных о последующей жизни этой женщины на территории Германии. И только по окончании «холодной войны» стало известно о ее судьбе. Оказалось, что руководство киевской группы абвера учло просьбу «Воскресшей»: оказало ей надлежащую денежную помощь и отправило в Германию. Там она должна была связаться с работником спецслужбы Гофманом. Но никаких данных о том, работала ли липовецкая Мата Хари на абвер, в Германии нет. Не исключено, что она приняла решение на этом завершить свою карьеру агентесы, тем более, что война заканчивалась и она понимала, что вместо этой авантюрной, приключенческой деятельности нужно искать тихое и надежное пристанище. Возможно, совсем неслучайно на момент освобождения она очутилась в английской зоне союзников. Непревзойденный мастер выдумывать всевозможные легенды, она рассказала англичанам о своих мытарствах в России, как страдала от преследований советской власти в годы довоенных сталинских репрессий. Ей, бесспорно, поверили и позволили беспрепятственно выехать во Францию. Там Мария поселилась в г. Леоне, близко сошлась с русской эмиграцией и безбедно прожила до 75 лет.
