– Магистр когда-то говорил, что людьми движет страх. Он заставляет их идти на поводу у других и делать то, что им не свойственно. – Командир притянул Юлю поближе и обнял за талию. – Представь, что человечество неожиданно стало бессмертным. Практически у всех исчезнут их страхи и фобии. Никто не будет бояться высоты, потому что сорваться с нее перестанет быть опасным. Ядовитые змеи, пауки, насекомые… Что в них ужасного, если они ничего тебе не сделают? Практически любая человеческая фобия сводится к страху смерти. К страху, который исчезает у всех выпускников Академии.
– Хочешь сказать, что подобной практикой они делают нас бесстрашнее? – с сомнением спросила Юля.
– И не только. Они закаляют наши характеры. Это гарантия того, что при возвращении в родной мир мы сможем идти по головам, не оглядываясь на последствия для себя и своей семьи.
– А в случае чего не сломаемся после смерти близкого человека. Просто потому, что мы уже не относимся к ней серьезно…
Слова, произнесенные чуть слышным шепотом, потонули в звенящей тишине гостиной. Уже не звучала музыка, никто не разговаривал и не смеялся, все, словно завороженные, следили за диалогом влюбленных, неосознанно задумываясь о будущем после выпуска и грядущей неотвратимой миссии.
– Да ладно вам! – усмехнулся Артем, увидев лица друзей. – Когда философия могла испортить пьянку? Муха, там на антресоли, если я не ошибаюсь, бутылка коньяка спрятана была. По-моему, самое время…
Только через много часов, лежа в кроватях, каждый вновь прокручивал в голове произошедший диалог, стараясь понять, что в их характерах уже успела изменить Академия и нравятся ли им эти изменения. И только Муха, считающий самокопание пустой тратой времени, беззаботно давил подушку, нежась в объятиях Морфея…
Разбуженный непонятными шорохами и визгами, Покровский открыл глаза и резко сел на постели, схватив с прикроватной тумбочки смартфон. Умное устройство моментально сообщило своему хозяину, что время приблизилось к полудню. Выругавшись сквозь зубы, командир натянул штаны и выбежал из комнаты, дабы найти виновника своего пробуждения. Слетев по лестнице на первый этаж, курсант недоуменно уставился на Мухина и Кирсанова, стоящих посреди помещения в мятой одежде с ужасно заспанными лицами. Отметив, что сам выглядит ничуть не лучше после ночной пьянки, Артем развернулся к друзьям.
– Что происходит?
В ответ на толком еще не сформировавшийся вопрос на втором этаже раздался грохот. Не медля ни секунды, друзья без стука ворвались в комнату Насти. Представшая перед ними картина, достойная кисти какого-нибудь известного художника, заставила воинственно настроенных парней недоуменно застыть на месте. В маленькой комнатушке будто ураган прошелся: кровать, стол и кресло завалены разноцветными майками, штанами, платьями, элементами нижнего белья… В углу груда деревянных обломков, ранее бывших шкафом, а посреди этого бедлама стоят две взъерошенные, словно воробушки после дождя, полуголые Настя и Юля, которые, увидев ворвавшихся друзей, схватили первые попавшиеся в руки вещи и теперь усиленно пытались прикрыться от любопытных взглядов. Молчаливая пауза затягивалась, первым решил нарушить тишину Муха.
– И что вам не спится, фурии? – спросил он, старательно закатывая глаза, за что получил два яростных взгляда и сразу же заметно повеселел.
– Сам ты фурия! – огрызнулась Николаева. – У нас через несколько часов банкет в честь вчерашней победы, а мы даже одежду не подготовили!
– Вам-то хорошо! Надели парадную форму и все! – поддержала подругу Громова. – А нам надо еще накраситься, прически уложить и платья подобрать! А тут еще и шкаф заклинил! – Девушка махнула рукой в сторону кучи обломков. – Хорошо, что у нас небольшой запас пороха был…
– Вы взорвали шкаф, чтобы добраться до одежды и подготовиться к банкету? – с королевским спокойствием уточнил Артем, глядя в серьезные лица девушек, в то время как Муха с Кирсановым в экстренном порядке скрылись за дверью, где практически сразу раздался громогласный хохот. – Взорвали самодельной взрывчаткой?
– Да! – хором воскликнули студентки, вперив в непонятливого, по их мнению, парня сердитые взгляды. – А сейчас брысь отсюда! Нам собираться надо!
Не сдержавшись, командир захохотал, вываливаясь в коридор и перехватывая в полете две подушки, брошенные обидевшимися девушками. Вытерев выступившие от смеха слезы, Артем, глупо улыбаясь, направился в гостиную, дабы выпить чашечку кофе, ароматы которого уже витали в воздухе. Настроение на оставшийся день было обеспечено.
