– Потому что у него не было выбора. А полиция… Полиция сказала, будто Макс погиб в ДТП, но это ведь не так? А Арсений никому не причинил вреда. Ни мне, ни детям. Наоборот, помог.
– Это уже мы будем разбираться, Марина Викторовна.
– Я могу увидеть Сеню и детей? – спросила тихо.
– Да, они вас ждут. Только помните: Арсений Дмитриевич находится под подпиской о невыезде. И если он соберется, как всегда, делать глупости, позвоните мне.
Я улыбнулась. Значит, это действительно тот самый друг Сени. Он-то должен знать, что Сеня не виноват, и зачем он вообще в это впутался. Вышла в коридор и тут же увидела свою пропажу.
– Марина! – оглушил вопль, и Юля с Марком повисли на мне.
– Родные мои, хорошие, – гладила обоих по голове. – Самые лучшие. Как же вы меня напугали!
Сеня стоял за их спинами и улыбался. Осмотрела его с головы до ног – кажется, жив и здоров. Слава богу… Отпустила детей и шагнула к нему.
– Привет, – улыбнулся Арс.
– Привет, – ответила тихо и обняла так крепко, как только могла. Все закончилось, все позади… Теперь у нас точно все будет хорошо.
– Ты придурок, Вернер! Ты просто тупой идиот!
Да уж… Орал Леня так душевно, даже у меня уши сворачивались в трубочки. Мы находились в его кабинете, и я только-только изложил ему реальную версию того, что происходило в моей жизни последние два года.
– Ты мне тогда операцию сорвал, дубина. И сейчас чуть не сорвал, – рычал Кондратьев. – Это же надо до такого додуматься! Благотворитель нашелся, чтоб тебе провалиться. Ты меня мог спросить? Нет, зачем же!
– Лень… Я думал, так будет лучше, – пытался оправдаться.
– Ты думал? Чем ты думал, расскажи мне? Задницей? Потому что другого объяснения я найти не могу. Взрослый же мужик, а ведешь себя как дите малое. Ты где думал пятьсот тысяч взять?
– Отработать.
Признавать было неприятно. Еще более неприятно, что Ленька прав. Идиот и есть.
– Отработал? Ты разве не понимал, что Карлов пришьет тебя, как только станешь не нужен?
– Думал, успею уехать.
– Успел?
– Нет. Но дети…
– Вот только не надо приплетать детей! Если за твою предыдущую деятельность я еще хоть как-то могу вступиться, то подделка документов, Сеня! И все, что ты устроил, – это просто уму непостижимо. Какой из тебя гувернер?
– Оказалось, нормальный, – пожал плечами.
– Нормальный? Ты себя едва не угробил, и детей с собой.
– Не я, а Карлов. И вообще, за ним же тоже кто-то стоит. А вы дело Максима Шведова прощелкали.
– Ничего мы не прощелкали! У нас доказательств не имелось.
– Поэтому вы его закрыли.
– Оно вообще не в моей компетенции, так что давай не будем.
Но Леня притих. Я тоже не стал лезть на рожон – пусть думает как хочет, а я поступил пусть глупо, но правильно. Хорошо, что это было только его задание. А если бы нет?
– И давно ты в полиции работаешь? – спросил у него.
– Давненько, – улыбнулся приятель.
– Почему мне не сказал?
– Потому что у тебя аллергия на полицию. А мне хотелось… По-другому жить хотелось, Сенька. Не так, как мы с тобой после интерната, а нормально, правильно. Ты бы не понял.
– Понял бы.
– Тогда почему решил, словно я не пойму ту дурость, которую ты устроил?
– Два идиота, – подвел я итог.
– Да. Ладно, буду думать, что с тобой делать. Подпишешь пока подписку о невыезде, посидишь дома. Я сейчас побеседую с Мариной Шведовой, потом тебя позову.
– Марина ни при чем, – тут же заявил я.
– Ага, – отмахнулся Леня. – Ты у нас тоже ни сном, ни духом. Иди уже, оформляй документы, успокаивай детей, няня Сеня.
– Да ну тебя!
Ленька тихо рассмеялся. Да уж, ситуация – обхохочешься. Но мне тоже стало легче теперь, когда все решилось. Значит, Леня давно пытался вывести Карлова на чистую воду. И, если бы не моя глупость, вывел бы. Может, тогда и брат Марины остался бы жив… Хотя люди, которые стоят за Карловым, просто нашли бы другого исполнителя. Но все равно эта история только чудом окончилась хорошо.
Юля и Марк ждали меня в коридоре. Сидели молча, не глядя даже друг на друга. Нескоро они забудут обо всем случившемся сегодня. Хоть испугаться сильно не успели.
– Марина, наверное, теперь от нас откажется, – вдруг сказала Юля.
– Почему это? – насторожился я.
– Ну а зачем ей такие дети? От нас одни проблемы.
– Неправда, – ответил ей. – Дети как дети, и в произошедшем нет вашей вины. И уж конечно, Марина ни за что от вас не откажется.
В этом я был уверен совершенно точно. Марина теперь с этой четверкой навсегда. Как и я сам. Появился какой-то полицейский, позвал меня оформлять документы. Марк и Юля пошли со мной, отказались оставаться одни и на миг, а когда мы вернулись, Марина уже выходила из кабинета Кондратьева.
– Марина!
Близнецы тут же кинулись к тете, а я держался за их спинами. Нет, я не сомневался в Марине, но, как и у ребят, сработало обычное «а вдруг». Это ведь я вовлек ее в эту историю. Жила бы себе, не знала ни о каких флешках. Зато смогу вернуть ей сумму, которую мы сняли в банке, – когда следствие завершится. А Марина уже отпустила детей и шагнула ко мне.
– Привет, – сказала растерянно.
– Привет, – улыбнулся я.
