Ниротиль присмотрелся, прищурившись. То ли разлитое в воздухе весеннее тепло делало его благодушным, то ли исцеляла дорога. Он уже мог сидеть сам без поддержки, хоть и недолго, и наслаждался этим выстраданным счастьем. А уж возможность видеть над собой переменчивое небо югов, а не обшарпанный госпитальный потолок, была бесценна.
Настроение улучшалось. Одно только тревожило и заставляло печалиться.
Верхом на караковой кобыле рядом ехала его жена, Сонаэнь Орта. Десятью днями ранее он принес брачные обеты и поставил подпись под контрактом, а Дека Лияри заверил печатью Хранителя добровольное согласие обоих супругов. Ниротиль так и не услышал голоса своей невесты, когда она подтверждала свое согласие стать его женщиной — колыхнулась сплошная серая госпитальерская вуаль, и чуть дрогнули судорожно сжатые руки.
Вот уже десять дней он периодически ловил себя на приступах любопытства. Как она выглядит? Хороша ли собой? Как звучит ее голос? Своей кобылкой она правила столь же умело, как любая кочевница-кельхитка из степей Черноземья. Чем дальше на юг они уезжали, тем меньше вокруг становилось лошадей. Много больше было ослов и запряженных в сохи угрюмых волов. Настороженные взгляды все чаще сопровождали прибывших. Пока без особой враждебности, но с острым любопытством.
Ниротиль разделся до рубашки, но ему все равно было очень жарко. Девушки даже не пытались обмахиваться веерами, что были заткнуты за пояса у каждой: движения рук только заставляли их сильнее потеть под плотными платьями. Полководец хотел уже посоветовать им раздеться, но вовремя вспомнил о строгих правилах госпитальеров.
«Ничего! Строгость меркнет в Мирменделе, — утешал его Наставник Гана, когда открылась принадлежность леди Орты к госпитальерскому ордену, — хотя и отрадно, что ты, не глядя, выбрал себе опытную сиделку». Ниротиль в этом уверен не был. Его воротило от всего, что напоминало о необходимости лечения. Да и въезжать в столицу побежденного царства он предпочел бы не полулежа на телеге, а верхом на горячем скакуне, с обнаженным мечом и щитом, с которого стекает кровь врага.
И все же, впервые, хоть и не по своей воле, становясь обычным путником, полководец многое заметил из того, что от самых зорких глаз воина-захватчика непременно ускользало. Он чувствовал вокруг себя мирную жизнь.
Раскрашенные розовой глиной и индиговыми узорами стены северного Мирмендела казались запечатанными воротами в райский сад, особенно на фоне облупленных известковых стен хижин бедняцкого городка. Очевидно, именно по предместьям пришелся первый удар преследующих штурмовых войск Элдойра. Лиоттиэль потер ноющее левое запястье. Он боялся и думать о том, что довелось пережить бедным горожанам. В погоне за трофеями и местью сюда дошли после отбитой осады лишь самые отпетые убийцы.
Одинокая фигура в запыленном до бежевых полос черном плаще королевских войск встречала их на въезде.
— Бог свидетель, я думал вас не дождаться! — исхудавший, с больными огромными глазами на пол-лица, путаясь в собственных ногах, двинулся к ним служитель заставы, — мастер войны? Мое почтение.
— Принято, — устало ответствовал Ниротиль, — ты один?
— Заставный Суготри, — отрапортовал слабым голосом тот, — замещаю его светлость мастера Катлио.
— А что с ним?
— Дизентерия. Неделю как убрался к праотцам, помяни Господь его праведную душу.
«Не есть ничего, не пить воды и держаться подальше от этого болезного», — тут же назвал себе первые правила на новой службе Ниротиль.
— Ты из квартирьеров? — спросил он Суготри, — где мы разместимся?
— Ох, мастер, — скривившись и потирая живот, забормотал заставник, — тесновато тут. Дома вам, уж простите, предоставить не получилось. Местные князьки, как один, притворяются, что хины не понимают, зато присягу наизусть вызубрили. Как быть, и не знаю, сломали весь ум…
Он говорил дальше, а Ниротиль обреченно готовился встречать тяжелые деньки. Немедленно пообещав себе, что напишет злобное письмо Гельвину, он просчитывал, сколько трудов придется ему взять на себя. В незнакомом, фактически вражеском городе найти дом и обеспечить безопасность ставки. Задаться вопросом предотвращения эпидемии. Уточнить, насколько далеко от города ближайшая дружина, кто командует ею и где найти подкрепление на случай вооруженного мятежа. Дружина, конечно, стояла где-то в Лунных Долах, но нужны были ближе расположенные силы.
Следовало созвать всех подданных Элдойра. Проверить, не скрывается ли в Мирменделе кто-то из князей или ленд-лордов с задолженностями по налогам — интересно, как? Еще неплохо было бы проверить сколько трофеев в обоз сдали те из воинов, что рискнули осесть в итоге на земле врагов.
И это не считая всех мероприятий, которые следовало предпринять в самом Мирменделе: перепроверить карты и планы, изучить местные обычаи и сословные взаимоотношения, найти переводчиков, найти тайных переводчиков, нанять водоносов, погонщиков скота… голова шла кругом от списка срочных дел.
— Так что прикажете, мастер? — Суготри, зеленея и бледнея, держался за живот уже обеими руками.
