— А как не помнить, — оживился мужчина. — Этот ирод же человек двадцать осушил. Все желал вечную жизнь обрести, оттого выбирал девушек, да помоложе. Только вот он завсегда к шее присасывался, ритуал у него такой был пакостный. А уж как мы его ловили! Будто дикого зверя, сетью. Да и потом как бешеного пса везли на палках. С петлей на шее.
Глеба передернуло. Мало ему было видеть высушенный труп несчастного библиотекаря, так оказывается в этом сумасшедшем мире подобное происходит чуть что не каждом углу? Да, смерть, есть смерть. Будь то спокойный уход в почтенном возрасте или получив бутылкой по голове в пьяной драке, но чтоб вот так… Оказаться выпитым досуха, каким-то сумасшедшим магом? Глеб сделала медленный выдох. Надо узнать как можно больше, по каким законам живет его новый мир, чтобы самому не оказаться в роли мухи, застрявшей в центре паутины. На что ещё способны местные маги?
— Будьте так любезны, вынырните из омута воспоминаний, — попросила сыщика Анна и добавила. — Ритуалы могут менять. Где сейчас жизнеед? В тюрьме или его так и оставили в клинике? Проверить надо, не сбежал ли.
— Да куда он сбежит, — фыркнул сыщик, — он же памятник!
Заметив вопросительный взгляд Анны, Кузьма откашлялся и пояснил:
— В смысле, помер он по весне, сдулся от чахотки. Так что за него не беспокойтесь, с того света еще никто не вертался, чтоб добрых людей морить.
— Вы это точно знаете? — уточнила Анна Витольдовна, разглаживая несуществующие складки на юбке. — Или вам сорока на хвосте принесла?
— Обижаете, уважаемая. У меня там шурин работает. Так что все из первых уст.
— Допустим, допустим. Что же, значит, снимайте ауры. Фиксируйте всё возможное и очищайте помещение. Андрей Егорович прибыл?
Сыщик скривился, словно куснув лимона:
— Прибыл, куда ж без него. Только, Анна Витольдовна, может, мы сами управимся? Ну сил нет, ладно бы труп, так еще и за ним прибираться. Ведь немощь как она есть!
— Он лучший аурографист в своем выпуске. А что не чёрств, как вы, так дайте время, и не узнаете.
— Как скажете, уважаемая, — вздохнул сыщик.
— А вы что стоите? Следы посмотрели? Может эманации имеются? — Анна обернулась к Глебу, который все это время стоял позади нее, изображая часть антуража.
— Эманации? — переспросил он, ощущая, как встает ком в горле.
— Да, у умершего или чужие, что-то видите? Коснитесь тела, давайте, действуйте.
— Простите, пожалуйста, но я ещё не вполне здоров. Голова. — Глеб развел руками, как бы расписываясь в своей немочи, хотя на самом деле ему стало до ужаса страшно от одной мысли, что он почувствует то же, что пережил умерший.
Но Анна была непреклонна.
— Если вы, Глеб Яковлевич, сейчас же не приступите к своим обязанностям, то поверьте, я верну вас туда, откуда привезла. Смекаете, о чем я?
Глеб молча кивнул. Обратно в тюрьму ему не хотелось, и он решился выполнить требования начальницы. В конце-то концов, ну что такого может случиться, если человек уже мертв и никаких эмоций не испытывает? Опустившись рядом с трупом, Глеб дрожащими руками стянул перчатки и осторожно, будто боясь нанести вред усопшему, коснулся его лба.
Вначале ничего не произошло и Глеб уже было вздохнул с облегчением, но внезапно в глазах потемнело, он ощутил, как его затягивает пустота. Он точно падал в бездонную яму, на дне которой его ждало нечто ужасное. Такое, от чего поджилки тряслись. Между тем он успел почувствовать удивление, но далекое, как бы из прошлого, и опять же страх. Затем услышал крик.
— Да не орите вы, господи! Разве не знаете, что нельзя шуметь в библиотеке? — донесся до него раздосадованный голос Анны.
Глеб ощутил, как его толкнули и понял, что больше не касается тела. Проморгавшись, он с трудом поднялся с пола, приметив, однако, что сыщик, прикрываясь рукой, усмехается в усы.
— С кем приходится работать, — вздохнула Анна Витольдовна и так презрительно посмотрела на Глеба, будто ему должно было быть стыдно за одно свое существование. — Что вы там такого разглядели, что благим матом кричали?
— Удивление и страх, — пересохшими губами произнес Глеб, руки сильно потряхивало, — а дальше тьма.
— Что же, как я и ожидала, убийцу он знал. Действуйте, Кузьма Макарович. Опросите всех свидетелей. Кстати, кто нашел труп?
— Директриса библиотеки, — отчеканил сыщик. — Правда, ей подурнело, так что она с лекарем пребывает в кабинете директора.
— Ну, значит, и мы туда наведаемся, — решила Анна. — Идемте, Глеб. Если, конечно, идти можете.
Она резко развернулась и, стуча каблуками, пошла к выходу из хранилища. Глеб призадумался, не будет ли лучше и спокойнее бежать сейчас во всех ног обратно в тюрьму, проситься, чтобы вообще не выпускали. Лишь бы больше не иметь ничего общего с этой мегерой и никогда больше не рисковать снова почувствовать предсмертные эмоции несчастной жертвы. Он вздохнул и покачал головой. Свалить куда подальше всегда успеется. Сейчас же ничего не оставалось, как следовать за начальницей.
