Похлопав себя по карманам чёрной кожаной куртки, ища пачку сигарет, Каулитц поморщился, понимая, что искомого предмета нет. Он так и не бросил курить, хотя ему настоятельно рекомендовали. После кошмаров, в которых его снова и снова убивает Шнайдер, сигареты были настоящим спасением.
Подняв ворот куртки, сунув руки в карманы, Билл медленно поплёлся по дорожке.
За прошедшие месяцы Том ни разу не позвонил ему, не объявился и даже не написал. В первый месяц, когда любимый был дико необходим, Билл чуть ли не на стену лез, выл ночами от боли, раздирающей душу на куски и от боли в постоянно расходящихся швах. Его накачивали на ночь успокоительными, чтобы спал, но даже это от кошмаров не спасало. Георг и Сэм принесли сигареты по просьбе Каулитца спустя две недели. Так было найдено верное успокоительное средство. Но всё равно хотелось услышать голос Тома, прижаться к его телу, почувствовав тепло и понять, что он не даст в обиду.
Дело «Джокера» закрыли в связи со смертью главного подозреваемого. Два похожих – за сроком давности. Гертруда Кауэр не понесла уголовное наказание за свои грехи. Возможно, она понесла его от Тома, который, по словам Стива, единственного, кто навестил Билла в клинике, всё же поговорил с ней. Как сейчас обстоят дела в семье Кауэров, Каулитц не знал, да и не хотел знать. По большому счёту ему было плевать.
- Билл!
Юноша замер на дорожке, услышав собственное имя. Сердце в груди гулко забилось. Мысли в хаотичном порядке заметались, не зная, как правильно выстроиться. Затаив дыхание, Билл медленно обернулся, окончательно теряя связь с реальностью
Том шёл к нему, улыбаясь, не сводя пристального взгляда. Подойдя, накрыл ладонью щёку, нежно проведя большим пальцем по скуле.
Билла словно током ударило от этого прикосновения. Схватив Тома за ворот рубашки, Каулитц притянул его на себя, накрывая губы своими. Он не целовал, он буквально насиловал рот мужчины своим языком, тесно прижимаясь к нему. Билл не верил, что это не сон, что любимый стоит и наглым образом ухмыляется в поцелуе. Было ли обидно? Может быть. Если совсем чуть-чуть.
- Привет! – тихо поздоровался Том, упираясь своим лбом в лоб Билла, приобнимая за талию, разорвав поцелуй.
- Привет! – ответил тот, до сих пор не веря в реальность происходящего. Он даже думать не хотел, сколько раз представлял себе их встречу. Слишком много. Но ни одна не была настолько трогательной, волнительной и… необходимой.
- Я задержался. Простишь?
- Угу, - втянув губы в рот, промычал Билл и поднял взгляд на Тома.
- Люблю тебя! Слишком сильно люблю, чтобы отпускать, - Кауэр переместил одну ладонь на щёку парня.
- Так не отпускай, - шепнул Билл.
- Никогда.
- Обещаешь?
- Обещаю!
Том провёл с Биллом неделю в клинике, пока тот находился без сознания. Пока Кауэру не позвонили и не приказали вернуться, чтобы закончить дело. Нехотя он покинул Берлин и Билла, оставив Вилл, Георга и Сэма вместо себя. Больше возможности навестить любимого ему не представилось. До сегодняшнего дня.
Между Томом и родителями действительно состоялся серьёзный разговор. Гертруда поведала свою правду двадцати восьмилетней давности, почти не отличавшуюся от пересказа Роберта. Сердиться на неё, жалеть или простить - Том не знал, какой вариант выбрать, поэтому предпочёл на время прервать все отношения. Возможно, всему виной был Билл, пребывающий в клинике и пострадавший по его вине, точнее по вине его матери, пусть и не родной. Месяц назад Кауэр навестил могилу своей настоящей матери, рассказав о своей жизни и о том, что сожалеет, что не может сказать ей всего этого лично. Затем вернулся в участок, сдал открытые дела и написала рапорт с прошением об отпуске. Мориц подписал его, не раздумывая. И вот сейчас Том крепко прижимает к себе любимого, не желая его отпускать.
- Что будем делать? – поинтересовался Билл, наконец, придя в себя от неожиданной, но долгожданной встречи.
- Мои братья звали нас в Канаду. Поедем?
- Канада, - повторил Каулитц и улыбнулся. – Никогда не был в Канаде.
- Отличная возможность исправить эту оплошность, - улыбнулся Том и повёл своего парня к Кадиллаку, припаркованного неподалёку.
- А твои братья в курсе, что ты гей? – полюбопытствовал Билл, переплетая их пальцы.
- Для них эта новость была шоком, но они не бросили меня, - улыбнулся Кауэр. – Как и после новости, что у меня другая мать. Они тебе понравятся. Но предупреждаю сразу, Оли и Кев те ещё зануды, так что можешь морально готовиться к наставлениям, как правильно жить.
- Мне никто не указ, - остановившись возле Кадиллака, заявил Билл. – Я делаю лишь то, что считаю нужным.
- Правда? – улыбнулся Том. – То есть, ты совсем никому не подчиняешься?
- Не-а, - покачал головой с улыбкой Каулитц. – Я сам по себе.
- Залезай в машину, сам по себе, будем исправлять тебя.
- Бросай это гиблое дело, Кауэр. Я никому не принадлежу и подчиняться не стану, - показав язык, Билл юркнул в роскошный салон, пропахший туалетной водой Тома.
Кауэр хитро улыбнулся, накрыв ладонью собственный карман, в котором находилось его самое заветное желание.
* * *
