— Не понял? — прямо-таки взревел Суходольский, как взбешенный медведь, которого разбудили посреди спячки, — сейчас маякнем на большую землю, доложим об успешном завершении операции, вызовем вертушку и через час, максимум два будем дома, коньячок цедить.
— Не хочу вас расстраивать, друзья мои, но связи здесь нет, — Темир достал и продемонстрировал спутниковый телефон, беспомощно мигающий красной лампочкой. — и для того, чтобы вызвать вертолет, необходимо сначала выбраться из этой чертовой пещеры.
— Так в чем проблема? Давайте я выйду наружу, поймаю спутник и передам информацию, — протянул за телефоном руку Суходольский.
— На самом деле, проблема существует и очень серьезная, — Темир поднял одну руку призывая нас к вниманию, — это хранители. Профессиональные, как бы мы их сейчас назвали бойцы, сочетающие в себе способности ниндзя, камикадзе и следопытов Фенимора Купера…
— Темир, давай конкретнее, без этих своих киношных и литературных примеров, а главное — короче, — рявкнул Суходольский.
— Ну если в двух словах… Все эти сокровища охраняют сверхлюди. И нам с ними воевать — заведомо обрекать себя на верную гибель.
— Ну, это мы еще посмотрим, — придя в себя, усмехнулась я и вытащила из кобуры ПСМ[9] и подбросила на ладони. — Что-то я тебя не пойму, Темирчик, — ты это, что серьезно?
— Абсолютно. Если кто не верит, может попробовать выйти.
— Да, легко, — как мне показалось с напускной веселостью сказал Суходольский и, достав пистолет из наплечной кобуры, дослал патрон в патронник. — сейчас я покажу этим дикарям, кто в доме хозяин!
— Подождите, — почти вскричала Марианна, почти повиснув на Суходольском, — давайте не будем горячиться и тем более проводить опасные эксперименты. — а девочка-то явно запала на Михаила, — не к месту пронеслось в моей голове, — Темир, а если мы ничего здесь не тронем?
— Не хочу вас пугать, но это уже ничего не изменит. Они выбрали нас для жертвоприношения, — Темир кивнул на Золотую Бабу, — своему идолу. Не сомневаюсь, что они надежно блокировали выход лучниками и теперь будут ждать пока мы сами от голода или жажды здесь околеем. Но из пещеры не выпустят, будут стрелять. А стреляют они очень метко. Только этим можно объяснить тот факт, что нам дали возможность беспрепятственно сюда войти. Это святое место и вход сюда любому смертному заказан. Даже хранители не имеют право войти сюда. Ну, а если кто вошел — обратного пути нет.
— Темир, а может нам попробовать с ними договориться? — спросила Марианна с надеждой в голосе, — пообещаем, что просто по-тихому уйдем и никому ничего не расскажем, а? Ты же, наверное, можешь говорить на их языке?
— Договориться? Бесполезно. Хранители — это фанатики, если хотите — секта и их с детства натаскивали только на одно. Каждый нарушивший покой Золотой Бабы должен умереть и точка. Хотя… Если вам интересно, — Темир вытер ладонью пот со лба, — одному смертному это якобы все же удалось. Существуют свидетельства, что некий беглый ссыльный, еще до революции, умудрился каким-то образом добиться расположения у хранителей и был ими препровожден к богине. Неизвестно, какое сотворилось здесь чудо, но этот избранный обрел по-истинне великие знания, которые вскоре помогли ему вершить судьбы не только России, но и всего мира. Вы, наверное, уже догадались, что звали этого ссыльного Иосиф Джугашвили.
— Красивая легенда. Но нам, насколько я понимаю, от этого нисколько не легче, — пробормотала я и замолчала.
— Ну должен же быть какой-то выход? А если она опять? — Марианна с отчаяньем посмотрела на меня.
— Что опять? — спросили мы хором.
— Ну снова зарычит?
Мы переглянулись. Созерцая сокровищницу мы совсем забыли о главной опасности. Если источник инфразвука находится в этой пещере, то нам действительно ничего не поможет.
— Мариша, успокойся, что-нибудь придумаем. Мы и не из таких переделок выходили живыми, а тут все навсего какой-то золотой истукан и несколько туземцев с луками, — приобняла я девушку, видя, что она на грани. Только истерик нам не хватало.
— Темир, к черту твоих хранителей, нужно сматываться отсюда! — воскликнул Суходольский, от его самообладания не осталось и следа.
— Я еще раз повторяю — в данной ситуации мы абсолютно беспомощны, — тихо ответил Темир.
Между тем совсем стемнело и на черном небе, совсем небольшой кусочек которого был виден из-под свода пещеры, высыпали яркие и крупные, почти южные звезды.
— В такую погоду, да под такими звездами и умирать-то грешно, — вздохнул Суходольский и, наконец, поставив на предохранитель, убрал свой пистолет в кобуру, — ну и что делать будем?
— Я попробую решить проблему, — вдруг тихо произнес Темир, — в детстве дед научил меня камланию[10] и вообще многому нашему алтайскому, тайному. Не уверен, что у меня получится, но в любом случае, прошу вас ничего не предпринимать и ничему не удивляться, что бы не случилось. Хорошо?
Мы дружно кивнули в темноте, а Суходольский, крепко сжав мою руку, жарко прошептал мне на ухо:
