Клэр все еще находилась на вершине крепости, но на месте ее тела и тех, кем она уверенно руководила, зияла бездна, уходившая вглубь Стены. Лина телепортировалась вновь, чтобы проникнуть в опасную зону. Там оставшиеся ученики и некоторые члены преподавательского состава разбирали обломки, чтобы вызволить попавших в ловушку друзей.
Густая, едкая пыль наполнила кулуары, витая в проходах, заставляя откашливаться до жжения в горле. Лина обвела взглядом окружающую ее местность и, не находя Клэр, выкрикнула имя подруги. Ее дух взлетел, она наконец-то почувствовала себя в безопасности и помчалась туда, где надеялась добраться до хранительницы. Разаэль вышел из туманного сумрака с телом Клэр на руках.
– Клэр! Скажи, что с ней все в порядке!
– Я лишь немного оглушена, Лина, не делай из мухи слона, – прошептала блондинка, еле двигая губами. Она взглянула на Раза и поняла, в чьих руках находится.
– Что?! Ты бы предпочла, чтобы я оставил тебя под обломками? – спросил молодой человек привычно холодным тоном.
– Опусти меня, не сахарная, не растаю, – ответила красавица, поспешив опустить ногу на землю.
Но ее голова тотчас закружилась так, что ей пришлось прижаться к стене, стараясь не исторгнуть противную желчь.
– Лина, возвращайся, ты нужна им! Я встану на защиту Стены вместе с Клэр!
Телепат покачала головой в ответ на приказ Разаэля и открыла новый портал во внешний мир.
Если она что-то и понимала в людях, так это то, что они непредсказуемы. Раз с самого начала демонстрировал преданность Стене и, вопреки ожиданиям, убедил ее, что находится на правильной стороне борьбы.
Не успела Лина вновь ступить на окровавленную землю, как получила удар ногой по голени. Девушка разразилась бранью от боли, чей-то меч вонзился в ее руку, разорвав безупречную черную униформу. Вскочив на ноги, она выпустила всю силу в мозг противника. Тот рухнул, а она продолжила свой путь среди всеобщей смуты.
Здесь не было ни страха, ни отчаяния. Искусство войны им было чуждо, и все же в этом оглушительном содоме жестокости жалость исчезла, уступив место инстинкту выживания. Тела сражались, мозг заглушал все помехи. Убей или будешь убит.
Лина подняла глаза к небу, там кричала Лиона, войдя в пике. Приземлившись, лагхиман помчалась к Райану, который бился с двумя великанами. Она выпустила две стрелы в первого, но второй успел метнуть свой меч в лицо юноши.
Хранитель рухнул на землю, хотя оружие, казалось, лишь слегка коснулось его. Лиона сбила с ног мюлана, вонзив два кинжала ему в ребра. Лина хотела проскользнуть мимо людей в черном. Ее кровь похолодела, когда она заметила лежащего на земле Райана. Он был ранен, страдал от агонии и не поднимался. Ее грудь мучительно сжалась, Лина чувствовала его боль, но знала, что он слишком далеко.
Она уже собиралась выстрелить в очередного мюлана, когда ее взгляд встретился со взглядом Элвиса.
Солдат не двигался, а увидев девушку, мягко улыбнулся ей, как обычно делал при встрече. Через несколько секунд он рухнул на землю, между его лопаток торчала рукоять меча.
Лина взвыла.
Она телепортировалась и приземлилась перед ним.
Мюлан приготовился опустить свой меч на шею девушки.
Но его клинок ударился о сталь противника. Это Отис отвел рукой меч нападавшего, чтобы пронзить его со всей силой ненависти, на которую только был способен.
Он опустился на колени возле Элвиса. Лина держала его еще теплую руку в своей. Слезы текли по щекам, Лина не могла их сдержать. Та сцена, которую она пережила с матерью, сегодня повторялась с тем, кто был ей дорог…
– Твоя борьба окончена, друг мой, – дрожащим голосом вздохнул Отис, закрывая глаза друга своими пропитанными кровью пальцами.
Горе сменилось гневом, чувством, проникшим в мельчайшую клеточку ее мозга. Это пробежало по телу, как адреналин, который невозможно было остановить. Все ощущения, скрытые ее сознанием, вернулись, чтобы ожесточенно бороться.
Лина тяжело дышала, находясь на грани срыва. Затопившая чувства жгучая боль постепенно разбухала глубоко в груди. Неподвижное тело Элвиса вызывало головокружение, а неудержимые электрические разряды заставляли ее ладонь судорожно сжиматься. Сегодня элементы ощущались сильнее, развевались над головами огненными нитями, но никто не замечал этого.
Как и в первом видении, телепат привлекала свет, который поглощал ее тело. Но в отличие от простого движения, которое заворожило ее, нити проникали в поры, в центр ее мозга. Телепатия жадно впитывала их, как губка, с неутолимой, неконтролируемой, разрушительной жаждой мести.
Юная телепат медленно выпрямилась. Она чувствовала себя такой могущественной, что ничто вокруг больше не имело значения. Цвета и звуки были приглушены, однако Лина, казалось, видела четче, чем когда-либо, жесткий диск задней части ее черепа был перегружен и грозил взорваться в любой момент.
