Лина задумалась.
В ту же секунду сильная боль кольнула сердце.
Взволнованными шагами Лина направилась к большому залу ресторана. Новая волна вины накрыла ее, невыносимое давление скрутило живот и сжало сердце. Ощущение было безошибочным: она снова все испортила.
В центре зала Клэр и Сильвен подозрительно перешептывались. Увидев мрачное выражение лица Лины, блондинка замолчала. Подруга ее хорошо знала и безошибочно видела, когда телепат ввязывалась в историю, неумолимо переворачивающую все вверх тормашками.
К несчастью для Лины, Клэр все так же жаждала сплетен и скабрезных историй. Не нужно было торопливо формулировать вопросы, потому что телепат уже открыла рот:
– Я совершила большую ошибку…
– Большая ошибка, Лина, в том, что Райан пошел искать тебя над Стеной, потому что мы должны были встретиться здесь еще час назад, – бросил Сильвен, закатив глаза.
– Над Стеной?!
Сердце Лины ухнуло в груди, в то же мгновение безумная боль взорвала мозг и странным образом распространилась вдоль челюсти. Будто резко ударили кулаком в лицо, только противника рядом не было.
– Ай!
– У тебя галлюцинации, я тебя не трогала! – воскликнула Клэр.
Сильвен нахмурился. С тех пор как они здесь поселились, он прекрасно усвоил то, что случайностей не бывает и что на каждую реакцию окружающих следует обращать внимание. Он был прав, потому что Лина снова скорчилась от боли и резко села.
– О нет… Райан!
Лина бросилась вон из комнаты. Двое друзей, не мешкая, кинулись за ней.
Посреди кулуара стояли двое. Ран был отброшен к стене, напротив него Райан снова угрожающе занес кулак и обрушил его на челюсть соперника. Лина изумленно закричала, почувствовав резкую боль.
Чувство вины и несправедливость по отношению к учителю потрясло ее. Ран замкнулся, готовясь выступить против иллюзиониста. Он знал, что совершил ошибку, ненавидел себя за слабость и отгородился злым молчанием. Лине все еще не хватало опыта, чтобы не чувствовать его тяжелую ношу так сильно.
– Райан, остановись! Ты причиняешь Лине боль!
Хотя Сильвен не знал о неразрывной связи между телепатом и ее учителем, он понял, что дар девушки сумел уловить эту непонятную стычку и подобрался слишком близко к сознанию Рана.
Райан стиснул зубы, вцепился в безупречную футболку мужчины и прижал его к стене. Ненависть изуродовала его черты.
– Сам скажешь или мне помочь? – с бешенством прорычал иллюзионист.
На шум, вновь потрясший внутреннюю часть Стены, со времен последней битвы хранившую абсолютную безмолвность, в кулуар выскочили Энндра, Аито, Эррера и Отис.
Энндра, приготовившись к новым перипетиям, сжимал в руке меч. Он никак не ожидал, что вместо предполагаемых мюланов застанет дерущихся Райана и Рана.
Отис готов был броситься к хранителю, чтобы поднять с земли, но Аито остановил его.
– Райан, прекрати! – закричала Клэр.
– Думал, что сможешь воспользоваться ситуацией, да? Безнаказанно целовать ее после всего, что ей пришлось пережить? Таковы твои тайные фантазии? Девушка на десять лет моложе?!
Все замерли от такого откровения. Черты лица Рана напряглись, он крепко сжал кулаки юноши.
– Убери от меня руки, Райан.
Но хранитель не мог обуздать свои эмоции, грозившие взорваться в последние несколько дней. Бешенство не отпускало его с того момента, как он почувствовал себя ближе к Фенюру, чем когда-либо. Его вспыльчивый темперамент, казалось, невозможно было обуздать.
– Делай, что он говорит, Райан, – сухим, непривычным тоном приказал Энндра.
После дуэли электрических импульсов Райан подчинился и повернулся к Лине.
– Теперь я все понял, Лина. Жаль, что тебе потребовалось столько времени, чтобы открыть мне глаза, – выплюнул он ей с презрительной гримасой.
Раздался хохот. Присутствующие повернулись и увидели Разаэля, прислонившегося к стене. Он наслаждался зрелищем. Губы растянулись в насмешливой ухмылке. С совершенно отстраненным видом он ел какое-то фиолетовое яблоко.
– Ты – идиот, Райан! Все вы, скажу я вам.
– О, заткнись, Раз! – рявкнула Клэр.
– Заткнусь, если захочу, красотка. А пока присматривай за своим другом. Он чуть не убил того единственного, кто сохранил жизнь телепату… И всем на этой Стене.
– Разаэль! – возмутилась Эррера, грозно приближаясь к нему.
– Потому что они не знают начала истории? Забавно… Особенно когда считают, что восстановятся без своего джокера. Теперь ясно, почему они не могли понять, что мы не верим в их победу. Трудно соперничать с магами, когда у тебя сломанная нога для кучи.
– Что все это значит? Лина?! – встревожилась Клэр, не зная, стоит ли ей стереть ухмылку Разаэля или обрушиться на их наставников за то, что они оборвали его речь.
– Довольно! Ран, в мой кабинет! А вы возвращайтесь в свои комнаты! – приказал Эррера, словно директор лагеря отдыха.
Ран на мгновение задержал взгляд на Лине. Мертвенно-бледная, она не двигалась. Он ощутил подавленность девушки, огромное чувство вины, которое разъедало ее. Ран знал, что мог помочь ей больше других, поэтому усилием воли успокоил волнения своего сердца, заглушил все свои чувства, что толкали его на мрачные мысли, и послал ей позитивные, восстанавливающие флюиды.
