Лина вскочила на спину Духа. Возбуждение от предстоящего путешествия передалось и ей, она была счастлива видеть много новых союзников со Стены, сторонников, которые, несомненно, проявят себя во время следующих авантюр.
– Жаль, что не смогу сопровождать вас, я уже не молод и буду только задерживать, – объяснил Артур, еще больше постаревший с момента их первой встречи.
Он помахал рукой юным хранителям, его глаза увлажнились. У Лины защемило в груди, со всей нежностью, на которую только была способна, она сжала его руку. Артур был постоянным членом их экспедиции, и она была благодарна ему за все, что он для них сделал.
– Ран, Аито, Отис, позаботьтесь о них, – слабо улыбнулась Эррера.
Ран приблизился к ней и молча обнял.
– Счастливого пути, хранители! – воскликнул Энндра, подойдя к каждому и взглядом благодаря их.
Лошади повернули к пламенеющему горизонту и ускорились. С вершины вала донеслись крики и аплодисменты элементалистов.
Вдали стена огня плевалась красноватыми брызгами. Лине показалось, что она слышит дикий вой в том месте, которое с нетерпением ожидало их прибытия…
Лина плотно укуталась в объемный шарф, только ее глаза виднелись из-за многослойной одежды. Задыхаясь, прилагая усилия, она старалась не отстать от цепочки конвоя, состоящего из ее друзей. Фенюр оказался суровым и засушливым, сущим наказанием, не похожим на то, что когда-то показывал ей Ран, когда она еще искала ответы, а они собирались отправиться в Артелию.
Солнце обжигало кожу, опаляя малейший обнаженный участок. Песок, поднимаемый сильными порывами жаркого воздуха, забивался во все видимые щели. Саднели ноздри, не хватало воздуха, каждый шаг давался с трудом и, казалось, вел их в раскаленный ад.
Быстро пройдя лес Элмаса напротив Стены Элементалей, они обнаружили себя в центре проклятого небытия. Здесь не было ни намека на растительность. Только изнуряющая жара составляла им компанию с тех пор, как они вошли в Фенюр. Апокалиптическая пустыня изобиловала вулканами, тут и там возвышались широкие облупленные, полуразрушенные колонны, напоминая о древних временах, где царили города римского типа.
По мере продвижения им открывались новые рельефы. Горы ломали равнину, великолепные оттенки красного песка покрывали пустыню. Лине казалось, что она идет по Красной планете – Марсу, далекой тверди, изученной только благодаря креативности гениев кинематографа. Зрелище было настолько же завораживающим, насколько и приводящим в ступор.
Земли изгнанников представляли собой великолепие цветов и причудливых пейзажей. Здесь же ничего, кроме красных и черных гор, рычащих вулканов, серных столбов, извергающих тошнотворное зловоние и бесконечные руины.
После нескольких часов изнурительной ходьбы они остановились под широкой гранитной аркой, соединяющей две громадные скалы. Телепат немедленно укрылась в вожделенной тени, прижалась к удивительно холодному камню.
Внезапно скала заскрежетала, девушка отпрянула, увидев, что стена обсыпается. От спасительного островка отделились крупные камни, и еще до того, как ее поглотила удушливая пыль, чья-то рука оттащила ее от места обвала.
– Что это… – произнес Райан, крепко обнимая Лину за талию.
Разрушенная стена открыла входы, похожие на прорубленные в камне пещеры, которые со временем закрылись бы, если бы их не засыпало.
– Райан, не ходи туда, – приказал Ран.
Но было уже слишком поздно. Иллюзионист двинулся к пещере, из которой разило неописуемым смрадом, словно атмосфера была пропитана смертью.
Стены сияли белизной, будто их покрасили. Потолок был вымазан черным. В центре комнаты еще виднелись остатки древнего костра, а на больших цветастых одеялах и коврах в восточном стиле все еще лежали фигуры.
Первая напоминала женщину. Бережно сохраненные, словно время здесь остановилось, блеклые черты вырисовывались благодаря искусственному свету, льющемуся из пальцев иллюзиониста. На ее руках покоился малыш. Скелет мужчины чуть дальше выглядел хуже. Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять: он жертвовал собой, отдавая им последнюю пищу. Что, впрочем, не помогло.
– Не понимаю, – произнес Райан, с трудом сдерживая позывы дурноты.
– Скорее всего, это кочевники из Фенюра. Многие работали на королей, но жили в пустыне, в гротах вроде этого, принимая путников из Земель изгнанников во время их длительных перемещений, – объяснил Аито, не скрывая боли в глазах.
– Как они погибли? Почему оказались запертыми в горах? – спросила Лиона, протянув руку, чтобы дотронуться до плеча Райана.
– Вероятно, восстали во время войны. Возможно, их заперли мюланы. Теперь это гробницы, – мрачно заключил Аито.
Опечаленные этим тягостным зрелищем, они обошли недавно обрушившийся уступ, обнаруживая новые пещеры, эти древние жилища, расположенные в ряд, друг за другом, где шум жизни уступил место мертвой тишине.
– Нам нужно продолжить свой путь, – напомнил Ран.
Взгляд Райана задержался на мужчине. После той яростной стычки юноша решил простить его. Но не забыть. Ран вел себя как ни в чем не бывало, но было очевидно, что между ними затаилась глубокая обида.
