— Удивительно, но тебе не повезло — ты выбрал самую строптивую. Но мы не на экзамене, поэтому даю тебе вторую попытку. А хочешь, я сам выберу, да не одну?
Гарет заставил себя улыбнуться.
— Я как раз люблю строптивых. Неужели ты во мне сомневаешься? Я справлюсь.
— Ну хорошо. Желание гостя — закон. Кстати, мне сказали — она тоже американка.
Гарета проводили в шикарно обставленные покои. Все здесь располагало к удовольствиям. Однако он меньше всего сейчас мог думать об этом. От того напряжения, которое он испытывал, в ожидании Вики, ему казалось, что время остановилось. Столько вопросов одновременно роилось в его голове, на которые не было ответов.
Нет, но какова. Каким образом она здесь оказалась? Возможно, она и не подозревает, какому риску себя подвергает...
Теперь картина всего произошедшего с Вики стала более ясной. Каким то образом она попала к Амину среди других девушек, и, по всей видимости, не по своей воле. Но почему она не открылась ему. Неужели он для нее хуже неволи в гареме. И она готова остаться здесь, чем быть с ним.
Он не успел додумать. Двери внезапно распахнулись, и Гарет увидел Вики. Она двигалась как во сне, смотря прямо перед собой. Пройдя всего несколько шагов, Вики остановилась и прислонилась к стене. Казалось, она не понимает, что с ней происходит. Было странно видеть ее в восточном наряде. Гарет, стараясь не показать своих чувств, прошел к столу и налил себе полный стакан виски. Вероятно его движения не остались незамеченными — Вики повернула голову и вскрикнула.
— Ты?
Гарет невесело усмехнулся.
— Тебя что-то смущает? Разве проститутки выбирают своих клиентов. Главное чтобы платили. Я подумал — почему не я?
Его слова звучали жестоко. Гарет прекрасно осознавал это, но остановиться был не в силах. Ему доставляла невыразимую муку мысль о том, что Вики была с другими, пусть даже не по своей воле. Он осуждал ее за покорность, за нежелание бороться. Он даже подумал, что было бы лучше, если бы она умерла. Но, посмотрев в глаза Вики, пожалел о сказанном. В них было удивление и такая невыразимая боль. Внезапно Вики глотнула воздуха и стала медленно сползать по стенке. Гарет не успел к ней подбежать, как она оказалась на полу. Он взял ее на руки и положил на диван.
Гарет открыл окно и побрызгал на лицо Вики водой. Она стала приходить в себя.
— Ну что ты, все будет хорошо. — Он разговаривал с ней как с ребенком, который чего-то испугался. — Теперь тебе нечего бояться.
Вики не могла остановить слез, у нее уже ни на что не было сил. Гарет сидел перед ней на коленях и гладил ее волосы, стараясь успокоить.
— Глупенькая. Но почему ты мне раньше ничего не сказала?
— Сама не знаю. Все так перепуталось. Сначала я подумала, что мое пребывание здесь — это твоя месть. Но когда ты спросил про Амина — я поняла, что ты также удивлен нашей встрече.
Взгляд Гарета упал на обнаженные руки Вики, на них отчетливо виднелись следы уколов. Она, проследив за его взглядом, сказала:
— Второй день мне колют какую то гадость. От этого я как во сне.
— Но почему потом ты ничего не сказала?
Глаза Вики снова наполнились слезами.
— Я боялась за тебя. Здесь все чужое. Я не знаю почему ты здесь. Вдруг мое знакомство навредило бы тебе.
— Я ведь сказал, что Амин мой друг.
Как не была Вики слаба, она с силой выдернула свою руку из рук Гарета.
— Это страшный человек. Неужели тебе все равно? В то время как вы ведете переговоры, развлекаетесь, здесь мучают людей.
Гарет встал и прошел к окну.
— В мире много жестокости и не в нашей власти его изменить. Для тебя существуют только два цвета — белое и черное. По-твоему Амин — негодяй. Хорошо. А как же быть с тем, что когда-то рискуя жизнью, он спас меня?
Вики молчала.
— И я уверен, если сейчас случилось бы что-нибудь подобное, он, не задумываясь, бросится мне на выручку. Это Восток. Здесь люди живут совсем другими законами. Я не оправдываю многие вещи. Но, в отличие от тебя, повидал очень много в этой жизни, и знаю — не все так однозначно. Ты столкнулась с изнанкой жизни только сейчас. Мне же приходилось ежедневно ощущать несправедливости этого мира. Начиная с того дня, как нам выдали свидетельства об окончании колледжа. Мой друг пошел учиться в университет, а я работать на завод, хотя учился намного лучше его. Я родился и вырос в Нью-Йорке, а чувствовал себя как какой-нибудь иммигрант из Гарлема.
Слушая откровенности Гарета, Вики ненадолго отвлеклась от своих бед.
— А что было дальше?
— Потом служил матросом на судне. Капитан был китайцем из Гоконга. Мы даже не знали о том, что возим контрабандный товар. Кормили как свиней. За малейшую провинность били нещадно. Ты себе даже представить не можешь, что значит лежать в собственном дерьме, не в силах пошевелиться и захлебываться кровью. Затем тюрьма... Однажды, за неподчинение меня подвесили за кончики пальцев. Каждую секунду я призывал смерть.
Гарет замолчал под влияние нахлынувших воспоминаний. Внезапно, посмотрев на Вики, он усмехнулся.
— И зачем я тебе это все рассказываю?
— А правда, что ты заработал свои первые деньги на продаже наркотиков?
— Кто тебе это сказал? Граф?