Много дорог ведет на Чаусы, но та, которую выбрал лейтенант Титоренко, видимо, была самой забытой. Скорее широкая тропа, чем узкий проселок, она напоминала старую просеку при нерадивом лесничем. Молодая поросль местами так густо вставала на пути, что приходилось за неимением подходящего инструмента вырубать ее саперными лопатками. Тесно стоящие вдоль заросшей колеи деревья цеплялись низко растущими ветвями за брезентовые бока и крышу фургона, и его, помогая лошадям, приходилось буквально проталкивать. Сержант уже который раз пожалел, что соблазнился крытым средством передвижения, когда в таких условиях гораздо удобнее была бы простая повозка, тем более что предстоял не такой уж длинный путь, пожалуй, чуть более полусотни километров. Как бы то ни было, но по карте, которую, перед тем как свернуть с шоссе, тщательно изучил лейтенант, это был кратчайший путь к штабу 13 й армии, не считая, разумеется, шоссейной дороги, которой как раз и приходилось избегать.
Уже через час все исходили пóтом, и пришлось остановиться, чтобы хоть немного передохнуть. К этому времени автоматы и пулемет снова были сложены под брезент, где лежали «гостинцы» особиста – ручные гранаты и запасные магазины. Лейтенант тоже снял всю свою амуницию вместе с кобурой, однако, по неистребимой привычке всегда быть при оружии, сунул тяжелый ТТ в карман галифе. Пулеметчик, заметив, как лейтенант прячет в карман пистолет, сунулся в фургон, взял из кучки гранат «лимонку» и опустил ее себе в карман. Следом потянулись новички, и каждый взял себе по гранате. Васин наблюдал за действиями бойцов с улыбкой – по своим тылам идем, чего бояться, но, взглянув на лейтенанта, который с одобрением смотрел на подчиненных, тоже подошел к фургону и откуда-то со дна повозки достал парабеллум.
Молчаливо вооружившись, все расселись на трухлявые стволы деревьев у старой вырубки и дружно закурили. Настроение было подавленное – двигаясь с такой скоростью, до штаба армии не доберешься и за неделю, а документы требовалось доставить к вечеру, в крайнем случае – не позднее утра.
Пару раз затянувшись трофейной сигаретой, лейтенант тяжело поднялся, достал из планшета потертую карту и кивнул Васину:
– Пошли-ка, сержант, пошепчемся.
Они отошли за фургон. Титоренко присел на подвернувшийся пенек, расстелил карту у ног прямо на траве и жестом пригласил Васина сесть рядом.
– Если мы будем и дальше двигаться такими темпами, то к Чаусам выйдем, когда наши уже в Берлине будут, – лейтенант похлопал ладонью по карте: – Вот здесь, как говорится, все гладко, потому как на бумаге, да не видно, где овраги. Надо срочно искать другую дорогу или возвращаться на шоссе. – Он помолчал и, тяжело вздохнув, закончил: – Но это крайний случай, что-то там подозрительно тихо, как бы немцы к нам в тыл десант не забросили. В общем, требуется разведка.Это был легкий бронеавтомобиль БА-20. Машина лежала на правом боку в глубоком кювете. Левое переднее колесо, оторванное взрывом, валялось метрах в пяти прямо на шоссе. Из посеченной осколками пулестойкой шины клочьями вылезала губчатая резина.
